О происхождении кельтов

217

  Георгий Тележко

У меня есть  спорные моменты «по мелочам»  . но в общем  интересно и полно. Допустим .я бы не сравнивала с современным русским , а со старославянским, как вариант , при том . что и он вовсе не был таким уж однородным.

1 Введение в курс дела

Начал я это расследование с накопления подозрительных данных.
Многие в курсе созвучия этнонимов кимры-кимбры (кимвры)-киммерийцы – одна группа – и треры-треверы – другая.

Кимры – самоназвание кельтов-валлийцев, кимбрами называли воинственное племя, ходившее походами по всей Европе в конце 1 тысячелетия до нашей эры, киммерийцами называли мифическое племя, жившее к северу от Чёрного моря, по Геродоту. В «Одиссее» Гомера (8 век до н.э.) киммерийцы – народ, живущий на крайнем западе? севере? у Океана, куда никогда не проникают лучи Солнца. Древнегреческий историк Эфор (4 век до н.э.) помещает их около озера Аверно в Италии – вот так, аж на Апеннины! Однако киммерийцы проявились и в исторической реальности в 7 – 8 вв до н.э. походами по Закавказью и Малой Азии, а затем пропали. Во всяком случае, греки, начавшие в 7 веке до н.э. колонизацию Северного Причерноморья, там киммерийцев не застали (разве что потомками таковых некоторые считали крымских тавров).

Объединять эти три этнические группы в серьёзной исторической литературе не принято: кимры – это кельты, кимбров считают германским племенем, а киммерийцев, может, и вовсе не было, греческая выдумка, разве что отряд гимиров из ассирийских хроник называть этим словом.

Изучил точки зрения археологов и лингвистов на древние миграции населения из восточной части Европы. Изложу наиболее популярную точку зрения.
Обитавшие здесь племена Ямной культурной общности – преемницы Среднестоговской культуры, — говорившие, предположительно, на общеарийском языке, начали с третьего тысячелетия до н.э. расселяться волнами на запад, в Европу, и на юг и юго-восток, в Азию. Северная волна переселенцев – также, предположительно, генетически связанных со Среднестоговской культурой – участвовала в образовании Культуры шнуровой керамики (боевых топоров), ассимилируя местное население Старой Европы. Южная волна переселенцев проникала в Европу по Дунаю, сформировав в центре Европы Баденскую культуру. Существовавшая ранее на территории южной Украины, Молдавии и Румынии Трипольская культура была ассимилирована. На Кавказе шёл культурный обмен с Майкопской культурой.

Привожу ареалы и времена существования культур, предположительно, связанных с арийской экспансией в Западную Европу. Я не хочу употреблять общепринятый термин «индоевропейцы», потому что он кажется мне сбивающим с толку: ведь в то время до «индо» этим племенам надо было жить ещё тысячу лет.

Среднестоговская (4500-3500 до н.э.), породила Ямную культуру, Культуру Чернаводэ (4000-3200) и Культуру боевых топоров (?) – в степях Приазовья между Днепром и Доном; на востоке разновидности до среднего Поволжья; на западе граничила с Трипольской культурой.

Ямная культура (3600-2300 до н.э.), распространялась по Дунаю, осуществляла обмен с Майкопской культурой, преемники: Полтавкинская, Срубная, Андроновская и Катакомбная культуры – от Южного Приуралья на востоке до Днестра на западе, от Предкавказья на юге до Среднего Поволжья на севере.

Культура боевых топоров (шнуровой керамики, 3200/2300 до н.э. — 2300/1800 до н.э.), в т.ч. Среднеднепровская (3200-2300 до н.э.) и Фатьяновская (2500-1500 до н.э.) плюс Балановская (2000 – 1500 до н.э.) культуры; сильное взаимопроникновение с соседними культурами: воронковидных кубков (4000-2700 до н.э.), Нарвской (5000-3000 до н.э.), шаровидных амфор (3400-2800 до н.э.), Баденской (3600-2800 до н.э.) культурами.

Майкопская культура (2500-2000 до н. э.) плюс дольменная с севера (? 3000-2000 до н.э.), преемница — северокавказская культура – Передняя Азия (восточная Анатолия, северо-западный Иран), Кубань, племена мигрировали и к Дону, и в Калмыкию, где растворились в среде степняков ямной культуры.

Катакомбная культура (2000-1250 до н.э.), к концу потеснена племенами Срубной культуры (1800 -1200 до н.э.), преемница последней – Белозерская культура (1200-1000 до н.э.) — В Северном Причерноморье и Нижнем Поволжье, обмен с Передней Азией через Кавказ, посуда с орнаментом, нанесённым веревками (связь с культурой шнуровой керамики).

Интенсивные миграции ариев из степей Восточной Европы, начались, скорее всего, не раньше третьего тысячелетия до нашей эры — так считает, например, В.А. Сафронов и приводит, на мой взгляд, обоснованные аргументы (кн. «Индоевропейские прародины»). С другой стороны, самые ранние исторические сведения о народах Западной Европы относятся ко второму тысячелетию до н.э. (критяне, минойцы, ахейцы и т.п.). Поэтому в своих поисках «кельтского следа» я сосредоточил своё внимание на периоде, начинающемся со второй половины второго тысячелетия до н.э.

Ближайшими к Западной Европе восточноевропейскими культурами, через ареалы которых могла бы осуществляться миграция в Западную Европу во втором тысячелетии, как видно из кратких описаний культур, приведённых выше, были: полиэтничная и поликультурная Культура шнуровой керамики (на севере Европы) и Катакомбная культура (на юге).

Племена Культуры шнуровой керамики, судя по территории их расселения, были пра-предками германцев, балтов и славян, так что начало «кельтского следа» я стал искать в Катакомбной культуре.

Пока запомним из кратких описаний культур последние характерные движения: племён Майкопской культуры на территорию племён Ямной культуры и давление племён Срубной культуры на западного соседа – группу племён Катакомбной культуры, потомка Ямной и Майкопской культур.

2 Лексические соображения

Для прояснения природы языка общения племён Катакомбной культуры, привожу цитату из книги Сафронова В.А. «Индоевропейские прародины», касающуюся обсуждаемого вопроса (сокращение КДК означает «Кубано-Днепровская культура» – эту культуру Сафронов выделил из Катакомбной культурной общности по своим соображениям):
«Памятники и, вероятно, население указанной территории на протяжении полуторатысячелетней истории отличались от остальных памятников и населения Северного Причерноморья — к такому же мнению на основании исторических и лингвистических данных пришел О.Н. Трубачев, указавший, что «неправомерно отождествлять все Северное Причерноморье с иранским языковым ареалом» (Трубачев, 1978, с. 35). По его мнению, » Восточное Приазовье, Северо-Западный Кавказ своим лингвистическим своеобразием обязаны в значительной степени особому индоевропейскому неиранскому этносу, фигурирующему в литературной традиции и свидетельству древних как племена синдов и меотов» (там же, с. 35).

На основании данных ономастики (из греческих надписей на камнях) и текстов античных авторов и топонимики, Трубачев, вслед за Кречмером, приходит к выводу об индоарийской или праиндийской принадлежности синдов и меотов» (там же, с. 37).
Синды, по мнению исследователя, жили на Дону и называли Танаис (Дон) — *Sinus, что мы читаем как искажение первоначального синдо-меотского *Sindus (там же, с. 37). Далее Трубачев отмечает, что «только в индийской индоарийской ветви языков река называется *Sindus. Отсюда, по Трубачеву, и название реки Инд, страны Инда.
«Меоты или маиты были теснейшим образом связаны с Азовским морем, древней Меотидой. Связь названий моря и народа была ясна в общем еще древним. Народ был назван по морю, а не наоборот» (там же, с. 36). — ну вот еще спорный вопрос, так как ниже идет как самоназвание. а следовательно и быть по морю не может. да и не бывает так. так могут для себя переименовать другие народы)
… Анализ языковых фактов привел Трубачева к интереснейшему и основополагающему выводу, чрезвычайно важному и для определения этнической принадлежности КДК.: «На Нижнем Дону синды жили до появления индоариев в Передней Азии» (там же, с. 37), т. е. до появления там митаннийцев (до 17 в. до н. э.). Исключительное значение имеет расшифровка Трубачевым, что «название меотов — эпиграфическая форма ‘maitai’ передает, видимо, самоназвание — всплывает в то же время (II тыс. до н. э. — в Передней Азии; так мы этимологизируем название ‘maita’, производное с хурритским суффиксом ‘nni’ от одного из арийских самоназваний ‘maita’ (там же, с. 16). Следовательно, в Передней Азии с 17 в. до н. э. восходит к названию меотов, живших по берегам Азовского моря, включая Нижнее Прикубанье.

Меоты, или вернее, их часть, образовавшая правящую верхушку государства Митанни, должна была уйти из Прикубанья не позднее конца 18 в. до н. э. Близость названий ‘Hypanis’ — Южный Буг, ‘Hypanis’ — Кубань, ‘Hyphasin’ в Индии (Трубачев, 1976, с. 16) позволили исследователю установить ареал обитания праиндийцев от низовий Буга — Днепра по приморской полосе до Нижнего Прикубанья, включая Крым и Нижнее Подонье, удивительно точно совпадающий с картой распространения памятников кубано-днепровской культуры. «Проявления пракритизма в реликтах языка северо-понтийских индоарийцев, в данном случае тавров» (там же, с. 17) рассеивают всякие сомнения в глубокой древности индоарийских свидетельств в районе Крыма.»

Из выводов О.Н. Трубачёва следует, что ряд племён Катакомбной культуры говорили на праиндийском языке, как и митаннийские арии в Закавказье. Эти выводы согласуются с археологическими находками связи племён Майкопской культуры (Закавказье, Западный Кавказ, Кубань) и племён Катакомбной культуры. Натыкался неоднократно и на указание, что мидяне – это те же митанни, то есть племя санскритоязычное. И что государство Митанни было создано индоарийской группой «умман манда», обитавших с начала 2 тысячелетия до н.э. в на юге Армянского нагорья.

Вернёмся к киммерийцам, тем, которые реальные (исторические). На каком языке (языках) они говорили? Письменных свидетельств самих киммерийцев нет, но есть имена их вождей, зафиксированные в хрониках боевых действий киммерийцев в Закавказье и Малой Азии. Имена звучат так: Теушпа, Дугдамме (в других транскрипциях – Тугдамме и Лигдамис) и Сандакшатру (полагают, что клинопись этого имени можно прочитать и как Сандакурру).

Первое имя вызывает ассоциации с хуррито-урартским богом Тешубом-Тейшебой (хурритская транскрипция Tessob, Tessub, также урартский Teiseba, чечеченский Ткъесап, от ткъес «молния») и с ранней столицей Урарту Тушпа (tu-ush-pa), название которой интерпретируют как Туш-па — «город Туша (Тура-Тора)». В сетевых статьях находил, что некоторые полагают Теушпу вождём союза закавказских кочевников «умман манда» (вавилонский текст), – отсюда могло бы происходить и его урартско-хурритское (закавказское то есть) имя. (Умман-Манда — термин, то и дело появляющийся в клинописной литературе разных эпох, остается загадочным. «Войско Манды» издавна было полубаснословным наименованием северного, подвижного «варварского» народа, то одного, то другого в зависимости от исторических условий. В позднейшие времена им называли то киммерийцев и скифов, то мидян, но кто им обозначался первоначально, неизвестно.)

Второе имя позволяет предположить наличие в нём лувийского звука [dl], откуда, возможно, и возникло чередование «Д-Л» в транскрипциях. Стало быть, и здесь возможно закавказское/малоазиатское происхождение имени.

Имя Сандакшатри-Сандакурру в обоих прочтениях наводит на мысль о родстве с санскритом, хотя есть попытки читать все эти имена как ираноязычные (ассирийское Shandakshatru якобы соответствует авестийскому «обладающий блестящей властью»; Dugdamme соответствует «обладающий дойными овцами»; а Teushpa сопоставляют с древнеперсидским аналогом – все аналоги произносятся существенно иначе, нежели оригинальные имена. Встречал и другие варианты иранской этимологизации этих имён, ещё менее близкие к совпадению, кроме эклектического «Санда куру»: «куру» – «сын» на староперсидском, а Санда – имя бога, кстати, лувийского.

Так или иначе, нельзя исключать возможность связи последних отрядов исторических киммерийцев с народами, говорящими на праиндийском языке – в силу ли территориальной общности (как у лувийцев, хурритов и митаннийцев в Малой Азии и Закавказье), в силу ли прямой принадлежности к индоарийским народам Меотиды и Закавказья. Последнее мне кажется наиболее логичным, поскольку сходится и с результатами исследований Трубачёва. Будем считать язык киммерийцев, по крайней мере, родственным закавказскому индоарийскому. Что касается языка северных племён Катакомбной культуры – можем и не называть их пока киммерийцами – то его надо исследовать особо. Во-первых, даже имён не осталось, во вторых – другое языковое соседство – скифско-фракийское, если говорить о тех же временах, что и времена боевых действий киммерийцев в Малой Азии.

Следующий шаг: проверим, есть ли сходство основной лексики кельтов с лексикой санскрита. Для таких проверок в сравнительном языкознании используются списки базовых понятий, которые, скорее всего, выражаются словами родного языка, ибо получают именования в первую очередь, до появления возможного иноязычного влияния. Эти списки придумал М. Сводеш, они называются его именем и содержат примерно 100 (стословный список Сводеша) или 200 понятий (двухсотсловный список).

Просмотр списков Сводеша для 6 кельтских языков сразу выдаёт две различимые группы языков, по три языка в каждой группе: группа гойдельских языков (ирландский, шотландский-гаэльский и мэнский) и группа бриттских языков (бретонский, корнский и валлийский). В группе гойделов  из 207 слов 10 (плюс несколько местоимений) обнаружили видимое сходство с русскими словами и словами санскрита (записаны ниже латинским шрифтом в верхнем регистре). Не исключаю, что слова, подобные русским, есть и в санскрите – просто у меня нет надёжного словаря санскрита. Сходство каких-то аналогов можно оспорить, но это не сильно повлияет на общий результат сопоставления.

Ниже – цепочки слов в последовательности: понятие (на английском, чтобы видеть заодно и близость к германской группе языков, если будет интересно) – значение на гойдельских языках (с синонимами, если они есть): на ирландском – на шотландском-гаэльском – на мэнкском – и сходный аналог на санскрите или русском:

four — ceathair — ceithir — kiare — CHATUR (четыре)
thin — tanai — tana — thanney — тонкий
fat (сущ.) — blonag — saill — sahll, blennick — сало
ear — cluas — cluas — cleaysh — слух
to eat — ith — ith — ee — есть
sun — grian — grian — grian — греть, горение
sea (часть океана) — muir, farraige — muir, cuan, fairge — mooir, keayn, faarkey — море, океан
snow — sneachta — sneachd — sniaghtey — SNEHA (снег)
dirt — salach — salach — sollagh, broghe, breinnagh — SALILA (поток, «слякоть»)
round — cruinn — cruinn — cruinn — круг

В группе бриттов (см. ниже) из 207 слов слов, напоминающих русские, оказалось 14, из них три совпадают со словами из гойдельского списка (здесь последовательность: понятие – значение на бретонском – на корнском – на валлийском – и сходный аналог на санскрите или русском:

tail — lost — lost — cynffon, llost — хвост
to die — mervel — merwel — marw — mort, мёртвый
to hold (в руке) — dalc’hen, derc’hel — synsi, dalghenna — dal, dala — длань, держать
to blow (как ветер) — c’hwezhan — hwytha — chwythu — ветер, свежесть
to smell (нюхать) — klevet — blasa, klywes — arogli, clywed arogl — клевать
to wipe — torchan, sec’han — sygha — sychu — сушить
to pull — sachan, tennan — tenna — tynnu — тянуть
sea (как в океане) — mor — mor — mor — море
fog — morenn, nivlenn — niwl — niwl — морок, небо
stone — maen — men — maen, carreg — ка-мень?
night — noz — nos — nos — ночь
day (дневное время) — deiz, dez — dydh — dydd — день
round — ront, krenn — krenn — crwn — круг
dry (прилагат.) — sec’h — sych — sych — сухой, см. также to wipe

Но кроме того, в бриттском списке есть, как минимум, 14 (!) слов, сходных по смыслу и сравнимых по звучанию с греческими (греческие аналоги — последние в цепочках):

all — holl, tout — oll — pob, holl – (h)ola
other — all, arall — erell — arall – (h)alla
five — pemp — pymp — pump — pente, pempto «пятый»
big — bras, meur — bras — mawr — barea «тяжёлый»
man (человек) — den, gour — den, gour – dyn  — dyna «можешь», dynamis «сила»
hair — blev — blew — blew, gwallt — mallia
tooth (чаще – не коренные) — dant — dans — dant — dont
breast — bronn — bronn — bron — brogho
to fear — kaout owen, aonin — perthi own — ofni, bod ag ofn — fobos
to wash — gwalc’hin, golc’hin — golghi — golchi — kolumpa
to float — neuvin, flotan — neuvella — nofio — nautiko «флот»
sun — heol — howl — haul – (h)elio
star — steredenn, sterenn — sterenn — seren — asteri
water — dour — dowr — dwr – (h)ydor
road — hent — fordh — ffordd — poreyma, poros
Обозначение (h) соответствует придыханию в греческом произношении.

А в гойдельской группе слов, похожих на греческие, я не обнаружил. Кроме того, я помню, что там, где у греков звук [p], у латинян – [kw], например, pempto – quinto («пятый») – такое же отношение и между бриттской (P-кельты, «пять» по-бретонски — pemp) и гойделской (Q-кельты, «пять» по-ирландски cuig) группами языков.

Таким образом, если неопытный глаз обнаруживает в обеих группах кельтских языков примерно одинаковые количества слов, похожих на русские (предположительно, на слова санскрита, но контакты у пракельтов могли быть и с праславянами — особо мне нравится сходство русского «брага», валлийского «brag» и ирландского «brach» («сусло»)), то слова, похожие на греческие, невооружённый глаз улавливает только в бриттской группе языков. Особенно меня впечатлило сходство с греческими аналогами слов со значениями «солнце», «звезда» и «вода».

Где-то вычитал, что из соображений глоттохронологии следует, что бриттская и гойдельская группы языков разошлись в районе 1200 г. до н.э. Можем теперь предполагать, как именно разошлись.

Разошлись из области, где влияние индоарийского диалекта было заметным – это раз.
Влияние индоарийского диалекта оказалось не полностью совпадающим – это два.
Разошлись так, что предки гойделов в длительном контакте с носителями прагреческого языка не находились, а предки бриттов – находились – это три.
Недавно написал небольшое эссе «Что такое мост», где отметил как странность наличие греческих морфем в словах языков германской группы, причем, морфемах, которые морским нациям заимствовать не пристало (East, West, pond, bottom, ocean, bridge, наконец, sea — от zeo, бурлить, волноваться). Из чего сделал вывод, что предки германцев мигрировали к нынешним местам пребывания откуда-то из окрестности Фракии, где формировался прагреческий диалект. (Фонетическая связь кельтских и германских языков с греческим и фракийским – факт известный, см. Л.С. Клейн, «Древние миграции и происхождение индоевропейских народов», Введение).
Теперь у меня не вызывает сомнения и предположение, что предки P-кельтов-бриттов мигрировали в Европу, вплоть до Апеннин (penn – «голова», «горный пик» по-бретонски) из области северо-западного Причерноморья, где они были в длительном (с момента начала распада арийской общности, а именно, по Сафронову, с начала 3 тысячелетия до н.э.) контакте и с носителями прагреческого, и с носителями индоарийского диалекта.Предкам Q-кельтов-гойделов остаётся единственный альтернативный путь, исключающий длительные контакты с носителями прагреческого языка – с Кубани и Закавказья, где они также были в контакте с носителями индоарийского диалекта, к Средиземному морю, далее, возможно, морем через Крит и Сицилию на побережье Тирренского моря, а дальше – в Испанию, если верить «Книге захватов Ирландии», которой я посвятил отдельное расследование.
Несовпадение «квазисанскритской» лексики у гойделов и бриттов может объясняться как давним расхождением областей исходного обитания (северо-запад и юго-восток Чёрного моря), так и разными условиями вымывания архаичной лексики во время миграций (см. раздел 6).
Предположение о разных путях миграции причерноморских племён попутно объяснило бы, почему одна группа причерноморских индоариев стала P-кельтами (их фонетика аналогична в этой части греческой), а вторая – Q-кельтами (фонетика аналогична латинской, сохранившей архаичный звук [kw]). Если, конечно, предки кельтов – причерноморцы.3 Генетические соображения
Наиболее характерный признак присутствия кельтов – мужская метка (по научному – гаплогруппа) R1b, мутация M269, в основном. В настоящее время наибольшая частота её проявления у мужчин – у басков (север Пиренейского полуострова, более 80%), английских кельтов и в части башкирского ареала в Поволжье (примерно 80% у пермских и баймакских башкир, у остальных существенно меньше). По мере удаления от Пиренеев к востоку частота этой метки убывает и на территории Дании, Германии и Италии эта частота примерно равна 40%. Носители Гальштатской культуры являлись носителями «неиндоевропейской» гаплогруппы R1b, но видимо были индоевропейцами по языку.Внимательное изучение распределения мужчин с этой меткой Y-хромосомы показывает наличие островка на юго-восточном побережье Чёрного моря (примерно 25% мужчин) и у северо-западного побережья Каспийского моря. Кроме того, на одной из выше цитированных карт видна полоска распространения мутации M269 по северу Африки.
Оба островка накрывают часть ареала Майкопской культуры, и я не первый, конечно, кто подумал о роли племён Майкопской культуры в распространении метки R1b в Европе.

Стоит отметить, что высокая частота распространения какой-то метки-гаплогруппы на некоторой территории не означает, что гаплогруппа возникла именно на этой территории.

Это означает, что на этой территории мужчин с конкурирующими метками почти не было. Равно отсутствие какой-то метки на некоторой территории не означает, что мужчины с такой метки не жили на этой территории никогда. Просто могло так сложиться, что у этих мужчин в потомстве преобладали девочки, а у конкурирующих гаплогрупп – мальчики. Особенно сложно по ДНК-генеалогии восстанавливать историческую картину мест, по которым туда-сюда ходили переселенцы из самых различных мест, как например в районе Балкан и вдоль Дуная.

Пиренейскому полуострову и Британским островам в этом смысле повезло. Вначале, в 3 тысячелетии до нашей эры, на эти территории пришли иберы (предположительно, с Закавказья по северу Африки, метка R1b у мужчин), говорившие на протокавказском языке. В 1 тысячелетии до нашей эры туда же пришли будущие Q-кельты-гойделы, с той же меткой у мужчин, отчего позиция метки R1b на Пиренейском полуострове, а потом и на Британских островах только усилилась.

Дунайскому следу R1b повезло меньше по вышеуказанным причинам (большое количество миграций населения в более позднее время), но и он выделяется на фоне окружения частотой 15%. Это след будущих P-кельтов-бриттов.

Распространение метки R1b от Закаказья в Западную Европу согласуется с лингвистическими данными о двух возможных путях следования киммерийских предков кельтов в Европу: по морю и через Апеннинский полуостров (закавказские киммерийцы) и по Дунаю (северочерноморские киммерийцы – или просто племена северо-запада Причерноморья, как больше нравится).

И на Кавказе остались заметные следы этой гаплогруппы: на западе Грузии, где жили колхи и имеры (подозрительное созвучие, но я на его значительности настаивать не буду, хотя читал, что имеры антропологически несколько отличаются от прочих обитателей Грузии, в частности, цветом волос и глаз, Антропологически для имеретинцев свойственно иметь светлые волосы, голубые, порой и с бирюзовым оттенком глаза — прим. мои) и в Армении.

4 Этнонимические и топонимические соображения

Сосредоточимся на будущих P-кельтах, чьё киммерийское происхождение многие энергично оспаривают.
Вначале напомню многим известные факты. Наиболее ранний источник сведений о германцах – «Записки о галльской войне» Гая Юлия Цезаря, русский перевод читал сам (впрочем, как и большинство цитированных первоисточников), не пересказываю с чужих слов.

Германией Цезарь называл область восточнее Рейна, соответственно, все племена, живущие там, он называл германскими: это гаруды, маркоманы, трибоки, вангионы, неметы, седусии, свебы и ряд других. Племена кельтов, не живущих на территории, подчинённой ранее Цезарем, он называет варварами. Воюет Цезарь и с теми и с другими. Кимбров и тевтонов, побеждённых Римом ранее, следует полагать, по этой классификации, германцами, поскольку они в своё время пришли из-за Рейна. Германцами по происхождению Цезарь называет и группу племен белгов, которые пришли когда-то ранее из-за Рейна.
Этнически же племена белгов отождествляются с предками кельтов-бриттов. Поскольку, как писал Цезарь, в Галлии было три группы племён: белги, галлы (римское наименование кельтов, это сам Цезарь и пишет) и аквитанцы. И никто из них, кроме белгов, после гойделов на острова не переправлялся. Это означает, что территориальное деление племён на германцев и галлов-кельтов, применяемое Цезарем, не всегда соответствует этническому родству и различиям племён.
Кроме того, и тевтоны-то не очень похожи на германцев, привожу цитату из статьи о кельтских богах: «Тевтат — известный из сочинений Лукана кельтский бог, имя которого созвучно словам teuto, ирл. tuath — «племя» (и лит. tauta «народ»)». Странным было бы для германцев назвать своё племя именем кельтского бога.

В группе племён «подозрительных» белгов было племя треверов (Treveri), которые тоже повоевали с Цезарем. Обитало оно у самого Рейна и говорило по-кельтски, хоть и германское, по Цезарю. Именем этого племени был назван главный город земли треверов Augusta Treverorum, основанный императором Августом (сейчас это город Трир – Trier – старейший город нынешней Германии). Это племя особенно подозрительно тем, что его название созвучно названию другого племени, а именно племени треров, которое, по свидетельствам Страбона, участвовало в последних набегах киммерийцев в Малой Азии. Паркер приводит греческое написание названия этого племени – Trieres, которое читается, как Три(х)ерес, где первая «e» произносится с придыханием. Если учесть, что греческое придыхание иногда преобразовывалось в латинском в звук [v], как при переходе espera [(х)еспера] — vespera [веспера] (вечер, греч. и лат.), то цепочка Trieres – Treveri – Trier начинает выглядеть весьма родственно.

Треров чаще всего полагают фракийским племенем (кажется, мы где-то рядом с ответом на вопрос о греческих морфемах у бриттов и германцев). Но есть и другая точка зрения: Страбон считал их киммерийским племенем (см. цитату через абзац ниже). Если так, то боевое содружество киммерийцев и треров выглядит не удивительным.

А в статье «Галаты» Энциклопедии Брокгауза и Эфрона мы находим такое сравнение:
«Г. также отчасти заимствовали греческую цивилизацию, и им давали название «галлогреков»; тем не менее, их кельтическое наречие, сходное с тревирским на Мозеле, сохранилось до конца IV века по Р.Х.»,
— из которого получается, что если Страбон ничего не путает и треры-треверы (в статье «Галаты» – тревиры) суть киммерийцы, то «кельтическое наречие, сходное с тревирским» — это язык, близкий к языку киммерийцев. Не стоит отбрасывать такую возможность.

В 7 в. до н.э. скифы изгнали треров из Малой Азии. Страбон писал:
«Некогда киммерийцы обладали могуществом на Боспоре, почему он и получил название Киммерийского Боспора. Киммерийцы – это племя, которое тревожило своими набегами жителей внутренней части страны на правой стороне Понта вплоть до Ионии. Однако скифы вытеснили их из этой области, а последних – греки, которые основали Пантикапей и прочие города на Боспоре… Киммерийцы, которых называют трерами (или какое-то племя киммерийцев), часто вторгаются в страны, расположенные на правой стороне Понта, и в прилегающие к ним области, нападая иногда на Пафлагонию, иногда даже на Фригию. Лигдамид дошел во главе своих воинов до Лидии и Ионии и взял Сарды, но погиб в Киликии. Такие вторжения часто совершали киммерийцы и треры. Как говорят, треры… были в конце концов изгнаны Мадаем, царем скифов».

Ну хорошо, изгнали треров – а куда? На юго-востоке – скифы, на северо-востоке – скифы, на востоке – Чёрное море, на юге и юго-западе – Средиземное море. Остаётся северо-запад, Дунайская тропа. Если треры ушли на северо-запад, к Рейну, почему этого же не могли сделать остатки киммерийцев? Здесь уместно заметить, что речь идёт о северочерноморских племенах, остатки закавказских киммерийцев расселились на северо-востоке Анатолии, в окрестности Синопа, как раз в зоне повышенной частоты гаплогруппы R1b.

Часто цитируется рассуждение Плутарха (45 – 127 гг н.э), из труда «Сравнительные описания. Гай Марий» о кимбрах (Cimbri):
«Кимвры ни с кем не вступали в сношения, а та страна, из которой они явились, была так обширна, что никто не знал, что это за люди и откуда они, словно туча надвинулись на Италию и Галлию. Большинство предполагало, что они принадлежат к германским племенам, живущим около Северного Океана, как свидетельствует их огромный рост, голубые глаза, а так же то, что кимврами германцы называют разбойников. Но некоторые утверждают, будто земля кельтов так велика и обширна, что от Внешнего моря и самых северных областей обитаемого мира простирается на восток до Меотиды и граничит со Скифией Понтийской.

Здесь кельты и скифы смешиваются и отсюда начинается их передвижение; и они не стремятся пройти весь свой путь за один поход и не кочуют непрерывно, но, каждое лето снимаясь с места, продвигаются все дальше и дальше и уже долгое время ведут войны по всему материку. И хотя каждая часть племени носит свое имя, все войско носит общее имя — кельтоскифы.

Третьи же говорили, что киммерийцы, знакомые в старину грекам, составляли только небольшую часть племени, ибо это были лишь предводимые неким Лигдамидом мятежники и беглецы, которых скифы вынудили переселиться с берегов Меотиды в Азию, а самая большая и воинственная часть киммерийцев живет у Внешнего моря, в стране столь лесистой, что солнце там никогда не проникает сквозь чащи высоких деревьев, простирающихся до самого Герцинского леса. Небо в тех краях таково, что полюс стоит чрезвычайно высоко и вследствие склонения параллелей почти совпадает с зенитом, а дни и ночи — равной длины и делят год на две части; отсюда у Гомера рассказ о киммерийцах в «Вызывании теней». Вот из этих-то мест и двинулись на Италию варвары, которых сперва называли киммерийцами, а позже, и не без основания, кимврами. Но все это скорее предположение, нежели достоверная история.» (Герцинский или Геркинский лес — древний и густой лес, который тянулся к востоку от Рейна через южную Германию и образовывал северную границу известной античным авторам части Европы. Древние источники не дают однозначных сведений о его протяженности на восток. Шварцвальд, который тянется вдоль долины Рейна на востоке, образовывал западную часть Герцинского леса. На западном берегу Рейна лежали частично сохранившийся Арденнский лес и, в основном исчезнувший, Silva Carbonaria (англ.)(Угольный лес). Все эти девственные леса древности представляли изначальную послеледниковую лесную экосистему Европы.

Реликтовые участки этого, некогда непрерывного, леса сохраняются под разными местными названиями: Шварцвальд (Черный лес), Оденвальд, Шпессарт, Рён, Тюрингенский Лес, Гарц, Швабский Альб, Штайгервальд, Фихтельгебирге, Рудные горы, Крконоше, Богемский лес, и лесистые Карпаты)

1514895121190657781

Есть и строки о галлах, в другом труде, «Сравнительные жизнеописания. Камилл»:
«15. Галлы — народ кельтского происхождения; покинув свою землю, которая, как сообщают, не могла досыта прокормить всех по причине их многочисленности, они двинулись на поиски новых владений — десятки тысяч молодых, способных к войне мужчин и еще больше детей и женщин, которые тянулись вслед за ними. Часть их, перевалив через Рипейские горы, хлынула к берегам Северного Океана и заняла самые крайние области Европы, другие, осев между Пиренейскими и Альпийскими горами, долго жили по соседству с сенонами и битуригами. Много лет спустя они впервые попробовали вина, доставленного из Италии, и этот напиток настолько их восхитил, что от неведомого прежде удовольствия все пришли в настоящее неистовство и, взявшись за оружие, захватив с собою семьи, устремились к Альпам, чтобы найти ту землю, которая рождает такой замечательный плод, все прочие земли отныне считая бесплодными и дикими…(виноград..)
17. А в ту пору галлы осаждали этрусский город Клузий. Клузийцы, обратившись за помощью к римлянам, просили направить к варварам послов и письменные увещания. Посланы были трое из рода Фабиев, люди уважаемые и облеченные в Риме высшими званиями. Из почтения к славе Рима галлы встретили их приветливо и, прекратив бои у стен, вступили в переговоры. В ответ на вопрос послов, какую обиду нанесли клузийцы галлам и за что они напали на город, царь галлов Бренн засмеялся…»

Из этих строк следует, что галлы, которые осаждали в 390 г. до н.э. Рим, – это P-кельты. В валлийском языке имя вождя Бренна стало нарицательным, как и в русском – слова «царь» (от «Caesar» – Юлий Цезарь) и «король» (от «Carolus» – Каролюс Магнус, Карл Великий), а именно, «царь по-валлийски – » brenin». А ещё из них следует, что кельтский народ галлов когда-то покинул свою землю и десятками тысяч мигрировал в Западную Европу двумя путями: к области между Пиренеями и Альпами, потом к центру Европы – и из-за Рифейских гор (см. ниже об этих горах) к Балтийскому и Северному морю (о Северном океане – также см. ниже).

То, что к концу 1 тысячелетия до нашей эры кельты жили от Атлантического океана до Карпат, по крайней мере, — верно. Герцинским лесом римляне называли горные хребты в Германии. Высокое положение полюса и полярный день — явный намёк на приход самых воинственных киммерийцев-кимвров с крайнего Севера. Исторические кимвры во 2 веке до н.э.локализуются в Ютландии, что к северу от Германии, – если допустить, что в интервале между 7 в до н.э. (предполагаемым временем исхода киммерийцев из Причерноморья) и 2 в до н.э. (когда они начали набеги по всей Европе) они успели исследовать и Скандинавию, то тогда слухи, дошедшие до Плутарха, не далеки от истины. Тем более, что грек Пифей (см. ниже) уже побывал на севере Скандинавии в 4 в. до н.э. и описал полярную ночь и полярный день.

Что-то похожее ещё раньше писал Геродот (5 в. до н.э.) в труде «История. Книга четвёртая. Мельпомена» о северной границе земли скифов, описывая непривычное ему явление обильного снегопада:
«В области, лежащей еще дальше к северу от земли скифов, как передают, нельзя ничего видеть и туда невозможно проникнуть из-за летающих перьев. И действительно, земля и воздух там полны перьев, а это-то и мешает зрению».
То есть не только киммерийцы ходили далеко на север в эти времена. Дело почти житейское.

Плутарх указывает, что именем Kimbroi германцы называли разбойников. Однако об удовлетворительной германской этимологии этого термина мне сведений найти не удалось. Интересно, почему германцы называли нехороших людей словом, не имеющим аналогий в родном языке?

Разумеется, труды Плутарха во многом основаны на доходивших до него слухах и могут содержать фантастические преувеличения. Но что в его тексте заслуживает внимания, так это ассоциирование реальных исторических кимвров с реальными историческими киммерийцами (Лигдамид – реальная фигура, как мы помним) ещё во времена до Плутарха (интересно, что «киммерийский», применительно к богатой одежде, в древнегреческом звучит, как kimberikon, то есть буква b в середине появилась ещё при киммерийцах, то есть задолго до появления кимбров в Ютландии). К тому же после победы римлян над кимбрами прошло около двухсот лет: при наличии письменной культуры – не очень большой срок. Кроме того, интригует сходство описаний северных пределов киммерийцев и скифов у Геродота и Плутарха, особенно, если учесть указание на то, что земли киммерийцев и скифов поначалу имели общую границу.

Вот что о тех же скифских землях пишет современник Плутарха Плиний Старший (23 – 79 гг н.э. – практически современник кимбров) в «Естественной Истории»:
«88. За Тафрами в глубине континента живут авхеты, в области которых берет начало Гипанис, невры, в области которых берет начало Борисфен, гелоны, тиссагеты, будины, царские скифы и темноволосые агафирсы. Выше — кочевники, потом антропофаги(канибалы?), за Бугом над Меотийским озером сарматы и исседоны. А по побережью вплоть до Танаиса живут меотийцы, — по ним названо озеро, — и самые последние за ними аримаспы. Затем идут Рипейские горы и область, которая называется Птерофором, потому что там постоянно выпадает снег, похожий на перья. Эта часть света осуждена природой и погружена в густой туман; там может рождаться только холод и хранится ледяной Аквилон.»

Попробуем составить впечатление о географических терминах, встреченных у Плиния Старшего и Плутарха. В последнем фрагменте описание развивается с запада на Восток, начиная от Южного Буга (Гипаниса) и Днепра. Рипейские горы замыкают описание, они расположены Плинием восточнее Танаиса-Дона.

Рипейские (Рифейские) горы, возможные этимологии: ripizo – обдувать; ritheis – сплетённый. Хотя привычнее связывать горы с ветром, но наличие второй транскрипции (со звуком [ф]) наименования этих гор склоняет меня к наличию буквы тэта (фита) в этом слове: то есть это ritheis, Рифейские, «сцеплённые» горы. Отсюда и слово «рифы», обозначающее цепь подводных камней, как мне видится.

Есть ли эти горы в реальности и где, если есть – на эту тему было много предположений: система Альпы-Карпаты, Скандинавские горы, Кавказ, Уральские горы. Есть и мнение, что это просто выдумка древних географов. Не будем отвлекаться на критику этих предположений, а сопоставим физическую карту Юго-Восточной Европы с картой мира по Гекатею, на которого в «Естественной истории» ссылается Плиний Старший.

КАРТА МИРА ПО ГЕКАТЕЮ, 6 в. до н.э. – см. иллюстрацию в начале статьи .

Нам от древних историков известно, что Танаис (Дон) берёт начало в Рифейских горах – то есть, возвышенность севернее Скифии на карте Гекатея – это Рифейские горы, поскольку реки, стекающие с этой возвышенности, определённо, Днепр (западнее) и Дон (восточнее). Сопоставляя с физической картой Европы, видим, что этим северным горам на карте Гекатея соответствует цепь возвышенностей: Среднерусская возвышенность, Приволжская возвышенность и западные отроги Урала – с высотами, округлённо, до 300, 400 и 1400 м, соответственно.

Сами Уральские горы у Гекатея обозначены короткой цепью, идущей к Океану севернее Каспийского моря. Судя по тому, что Каспийское море изображено в виде залива Океана, эти места Гекатей и его предшественники-греки не исследовали. Поэтому я полагаю, что Рифейские горы, по мифам, протянувшиеся с запада на восток – это не выдумка, а цепь вышеперечисленных возвышенностей (известия о которых были несколько преувеличены) и Уральский хребет, тянущийся до Северного Океана. Где, действительно, выпадает обильный снег, Плинием Старшим именуемый прямо.

Привязав описание Плиния Старшего к реальности в общих чертах, посмотрим, как привяжутся к реальности интересующие нас подробности. В частности, о языке и ареале кимбров.
О топонимах Северного океана Плиний Старший сообщает следующее:
«94. Чтобы рассказать о внешней части Европы, следует выйти из Понта и, перейдя Рипейские горы, плыть вдоль берегов Северного океана, имея их с левой стороны, до тех пор, пока мы снова не достигнем Гадеса. Передают, что в этой части света много безымянных островов: один из них расположен перед Скифией и называется Равнонией, он находится в одном дне пути от берега, и на него, по рассказу Тимея, в весеннее время выбрасывается волнами янтарь. Все прочие известия об этом береге сводятся к недостоверным слухам: Северный океан, Гекатей называет его Амальхийским в той части, которая, начиная от реки Паропамиса, омывает Скифию, это слово на языке того народа обозначает «замерзший». Филемон говорит, что часть океана от Рипейских гор вплоть до мыса Рубеас кимвры называют Моримарузой, что значит мертвое море. Дальше океан называется Кронием.
95. Ксенофонт из Лампсака передает, что в трех днях плавания от скифского берега есть остров Балтия, огромной величины; Пифей называет его Басилией…»

Цитата из Википедии:
«Галльские слова, обозначавшие «море» и «мёртвый», звучали mori и *maruo- (соответственно muir и marbh в ирландском, m;r и marw в современном валлийском). Известно сходное слово для «моря» в германских языках, однако с гласным a в корне (*mari-), тогда как германский когнат ирландского marbh неизвестен ни в одном из германских языков. И всё же, учитывая, что Плиний записал эти слова не непосредственно от кимврского собеседника, нельзя исключать, что фактически это были галльские слова.
Известные имена кимврских вождей похожи на кельтские, в том числе: Бойориг (что может означать «царь бойев» или, точнее, «царь молотобойцев»), Гезориг («царь копий»), и Лугий (возможно, в честь кельтского бога Луга). При этом нельзя исключать, что вожди кимвров могли носить кельтские имена, не будучи сами кельтами.» (Конец цитаты из Википедии).

Странный довод насчёт «не кимврского собеседника». У Филемона-то был кимврский собеседник, пользовавшийся, как и другие кимвры, в том числе, и называя своих детей, галльским языком. Против кельтской принадлежности кимбров в статье Википедии приводится только один довод: на территории Ютландии, откуда, якобы происходили кимбры, есть только германские топонимы, и нет кельтских. Так они там и не обязаны быть, если кимбры – киммерийцы, пришедшие с юго-востока, – не устраивали там долговременных поселений! Интересно, что Клавдий Птолемей Ютландию на своих картах именовал «Херсонес Кимврийский», увязывая два разнесённых во времени места обитания киммерийцев.

Продолжим разбор текста Плиния Старшего. Стоит разобраться в том, какую именно часть Северного океана кимбры называли Моримарузой, если верить Филемону.
Что у нас есть:
— Тимей рассказывает, что на берега одного из островов между севером Рифейских гор и Гадесом (порт Кадисс в Испании) море выбрасывает янтарь. Янтарь на северных берегах есть всюду, но массовая добыча его началась на берегах Балтийского и Северного морей раньше, чем где-либо ещё в Европе.
— Филемон говорит, что Моримаруза — это часть Океана между Рифейскими горами и мысом Рубеас. А мысов на северных побережьях – не счесть. То есть Моримарузой может быть и часть Северного Ледовитого океана, и Балтийское море, и Северное.
— По Гекатею (напомню, это 6 век до н.э., когда греки считали Землю плоской и могли считать Скандинавию островом) часть Северного океана, омывающая Скифию, начиная от какой-то северной реки Паропамиса, замерзает. То есть это может быть восточная часть Балтийского моря, и тогда река Паропамиса может быть, например, Вислой. Это может быть и побережье Северного Ледовитого океана, тогда Паропамиса – это Северная Двина, восточнее устья которой океан замерзает.
— Кто рассказывает о множестве безымянных островов вдоль берегов от Рифейских гор к западу – остаётся неизвестным, если только не ограничиться относительно исследованным южным побережьем Балтийского и Северного морей.
— Пифей, на которого ссылается Плиний Старший, около 325 года до н. э. дошёл морским путём до Британии (говорят, дошёл почти до Полярного круга, до острова Thule – Фула/Тула), а потом пошёл назад, до южного побережья Северного и Балтийского морей, где добывали янтарь. В движении к северу он был остановлен метеоусловиями (дошёл до моря Крония-Сатурна) и до северного побережья Восточной Европы не доходил и не мог проверить, является Скандинавия островом или нет. Нельзя, таким образом, исключить, что громадной величины островом Балтия-Басилия в глазах географов конца прошлой эры была Скандинавия.
(Недавно наткнулся на сообщение, что за 1800 лет до нашей эры существовал пролив между Белым морем и Балтийским (глядя на карту, можно предположить, что фарватер пролива шёл от Онежской губы по группе озёр, включая Онежское и Ладожское, далее по Неве к Финскому заливу, кроме того, пролив явно захватывал финские озёра и имел кучу островков – коль скоро уровень воды был на полсотни метров выше), который вследствие последующего поднятия Балтийского щита, как постепенного, так и вследствие сейсмической активности в регионе, сошёл на нет. Кто знает, может, ко временам Пифея (4 в до н.э.) морской проход из Балтийского моря в Белое ещё существовал, и Балтия-Скандинавия всё ещё оставалась островом? Об острове Скандза, что удивительно, писал и Иордан в 6 в н.э.)

Завершаем географическое отступление. Если положить, что Гекатей и Филемон, упоминаемые Плинием Старшим, говорят об одной и той же части Северного океана, то Моримаруза – это, с наибольшей вероятностью, Балтийское море. Оно замерзает в восточной части зимой, на нём рано начата добыча янтаря, оно выходит за территорию Кельтики – то есть, по воззрениям древних, заходит на территорию Скифии, и оно почти пресноводное, из-за чего его фауна более бедна, «мёртвое» оно. Северное море не омывает Скифию, по Северному Ледовитому океану известные путешественники ещё не ходили, а философы путешествовали только умозрительно. Подозрение, что киммерийцы или их предполагаемые потомки — кимбры — знали Уральские горы, побережье Северного Ледовитого океана и полярную ночь, пока не получило подтверждения. Но у Плутарха мы нашли указание на возможность их проникновения в Западную Европу «через Рипейские горы», то есть не только южным путём, но и через возвышенности Восточно-Европейской равнины на север, по побережью Балтийского моря на запад и к Вятке – на восток. Находки под Киевом, приписываемые киммерийцам (см. раздел 6) поддерживают такую возможность.
В конце раздела, посвящённого этно- и топонимике, заметим, что к востоку от центра Европы (то есть заведомо восточнее Рейна) во второй половине 1 тысячелетия до н.э. доподлинно известно о миграциях нескольких кельтских племён, не имевших отношения к кельтам-гойделам: треверы-треры (давшие название Триру), гельветы (давшие название Гельвеции – будущей Швейцарии), бойи (давшие название Богемии), вольки-тектосаги (возможно, давшие название Валахии), галаты (давшие название Галиции на Украине и Галатии в Малой Азии – почти вернулись на родину, можно сказать). Я склонен считать, что их было больше, и кимбры – «кельтоязычные германцы» – были в их числе. Поскольку не-гойделы доходили и до Испании, то и на западе Европы появились соответствующие топонимы: Галисия (в Испании), Бретонь (во Франции) и Бельгия. Уточнением отнесения прочих племен, например, тевтонов, свебов, данов или северных венетов-венедов, к той или иной этнической группе мы здесь заниматься не будем, хотя, в принципе, и это может оказаться интересным.

А вот адриатические венеты – другое дело. У историков нет единства относительно ответа на вопрос об общности адриатических венетов и балтийских венедов-вендов (возможно, по М.Б. Щукину, их связывал так называемый «янтарный путь» – путь распространения янтаря из Прибалтики в Римскую империю), но это сейчас не важно. Адриатические венеты (по-гречески – (х)енеты, опять видим чередование греческого придыхания и латинского [v]), группа племён, мигрировавших в Европу, предположительно, в 11 в. до н.э. (в одном из источников указывался 9 в. до н.э.) из Малой Азии. Это по времени близко к предполагаемому времени переселения закавказских киммерийцев, то есть возможных предков кельтов-гойделов – но не кимров. Найденные письменные документы адриатических венетов показали, что их язык близок и к кельтским, и к италийским, и к иллирийским языкам – по совокупности этих признаков мы можем предполагать их язык близким к языку Q-кельтов. Таким образом, Адриатика оказалась одним из «мостиков» между малоазиатскими племенами конца второго тысячелетия и Q-кельтами Гальштата (и последней обителью этой культуры).

Похоже, Страбон (по изданию Страбон, «География», М., 1964) достраивает «мостик», передавая слухи о связи генетов-энетов с киммерийцами:
«Далее идут Пафлагония и энеты. Спорно, каких энетов Гомер имел в виду, говоря:

Вождь Пилемен пафлагонам, предшествовал, храброе сердце,
Выведший их из генет, где стадятся дикие мулы.

Ведь теперь, как говорят, в Пафлагонии нет энетов, хотя другие утверждают, что существует селение с таким названием на Эгиале, в 10 схенах от Амастрии. Зенодот (1) же пишет «из Энеты» и утверждает, что Гомер определенно указывает на современную Амису (2). Третьи говорят, что какое-то племя с таким именем, жившее по соседству с каппадокийцами, сражалось вместе с киммерийцами и затем было оттеснено к Адриатическому морю. Наиболее общепризнанным является мнение, что эти энеты были самым значительным пафлагонским племенем, из которого происходил Пилемен. Кроме того, большинство энетов сражалось на его стороне; лишившись своего вождя, они после взятия Трои переправились во Фракию и во время своих скитаний пришли в современную Энетику. По словам некоторых писателей, Антенор и его дети также приняли участие в этом походе и поселились в самой отдаленной части Адриатического моря…»

Энетика, надо полагать, — это область Венето в Адриатике, в которой расселились венеты по прибытию в Европу. Следует подчеркнуть, что речь идёт не об отождествлении венетов и Q-кельтов, а о территориальном родстве их языков – как это мы видели у P-кельтов с пра-греками – и возможном общем пути миграции в Европу из Малой Азии в 11 — 9 вв до н.э.

Мы уже имеем совпадение трёх факторов: лексического, генетического и этно-топонимического – в пользу связи кельтов-кимров, кельтоязычных «германцев»-кимбров и киммерийцев Причерноморья (косвенным фактором является также отождествление треров, соратников киммерийцев, с треверами, соседями кимбров).

Наметился также мостик между закавказскими киммерийцами и кельтами-гойделами: соседство и сотрудничество энетов с киммерийцами и оттеснение этих племён к Адриатическому морю – тождество адриатических венетов и малоазиатских энетов – связь между языками венетов и кельтов-гойделов.

5 Мифы и логика

Первые известия о киммерийцах сохранились в поэмах уже упоминавшегося выше Гомера, датирующихся 8 в.до н.э. «Закатилось солнце, и покрылись тьмою все пути, а судно наше достигло пределов глубокого Океана. Там народ и область людей киммерийских, окутанные мглою и тучами; и никогда сияющее солнце не заглядывает к ним своими лучами – ни тогда, когда восходит на звездное небо, ни тогда, когда с неба склоняется к земле, но непроглядная ночь распростерта над жалкими смертными» (Одиссея ,XI, 12-19).

«Отец истории» Геродот пишет о киммерийцах, как о реальных, но понаслышке. Он определяет киммерийцам северное побережье Черного моря. От причерноморских греков и скифов он узнал, что вся страна, которую в его время (5 в.до н.э.) занимали кочевые скифы, ранее принадлежала киммерийцам, покинувшим ее под давлением скифов, пришедших с востока, из глубин Азии. В подтверждение своих слов он пишет: «…и теперь еще есть в Скифии Киммерийские стены, есть Киммерийские переправы, есть и область, называемая Киммерией, есть и так называемый Киммерийский Боспор (IV, 12)». От Геродота мы знаем также о могиле киммерийских царей у реки Тираса (так греки называли в древности Днестр). О ее истории рассказывается в известном предании о вторжении скифов в Северное Причерноморье. Опасаясь многочисленных скифов, киммерийцы решили уйти со своей земли. Однако, их цари предлагали бороться с врагами. Не получив поддержки со стороны народа, цари разделились на равные части и сразились между собой. Убитых в этой битве царей погребли в кургане, который был виден и много лет спустя.

Вот что о киммерийцах пишет Страбон (64/63 до н.э. – 23/24 н.э.) в «Географии»:
«…И, кроме того, рассказывают, что там действительно был оракул мертвых и что туда приходил Одиссей. Аверн представляет собой залив, глубокий у берегов, со свободным устьем, который хотя и является гаванью, но бесполезен как гавань, потому что перед ним лежит еще большой мелководный залив Локрин. Залив Аверн окружен отвесными скалистыми холмами, возвышающимися со всех сторон, за исключением входа. Правда, теперь эти холмы возделаны тяжким человеческим трудом, а прежде были покрыты дремучим и непроходимым лесом огромных деревьев. .. залив из-за этих скалистых холмов превратился в обиталище призраков.

Местные жители прибавляют еще мифический рассказ о том, что пролетающие через залив птицы падают в воду, погибая от подымающихся испарений, как это бывает в Плутоновых пещерах (Плутоновыми пещерами, или «Плутониями», назывались места, из которых поднимались испарения ядовитых газов. Такие места, по верованиям древних, считались входами в подземный мир. Сами пещеры назывались Харониями (см. XIII, IV, 14; XIV, I, 11 и 14)). Эту местность они также считали Плутоновой, полагая, что там жили киммерийцы. Во всяком случае туда пускались в плавание только те, кто, принеся предварительно жертву, умилостивил подземные божества, причем жрецы, которые брали это место на откуп, руководили подобного рода священнодействиями.

Там есть у моря какой-то источник питьевой воды, но все местные жители воздерживались пить из него, считая его воду водой Стикса. Здесь же где-то находится и оракул, и местные жители по присутствию горячих источников заключали о близости Пирифлегетонта и Ахерусийского озера. Кроме того, Эфор, который помещает здесь киммерийцев, утверждает, что последние жили в землянках (их называли «аргиллами»); киммерийцы сообщались друг с другом, по его словам, по каким-то подземным ходам и принимали чужестранцев в помещении оракула, находившегося глубоко под землей. Жили киммерийцы горным промыслом и подачками от людей, вопрошавших оракул, и местный царь назначал им определенные выдачи. У служителей оракула существует дедовский обычай: никто из них не должен видеть солнца, и только ночью они могут выходить из своих пещер. Вот почему Гомер сказал о них, что
…никогда не являет
Оку людей там лица лучезарного Гелий.
(Од. XI, 15)
Впоследствии киммерийцы были истреблены каким-то царем за то, что предсказание, данное ему оракулом, не исполнилось в его пользу. Однако оракул существует еще и теперь, хотя он перенесен в другое место. Таковы мифические сказания наших предков; но теперь, после того как лес около Аверна вырублен по приказанию Агриппы, местность застроена домами и прорублен подземный ход от Аверна до Кум, все эти рассказы оказались просто мифами. Хотя Кокцей, который провел этот и другой проходы из Дикеархии (что близ Бай), использовал некоторым образом только что упомянутые предания о киммерийцах, может быть, проведение подземных дорог даже считалось как раз одним из дедовских обычаев в этой местности.»

Если не согласиться со Страбоном, что итальянские рассказы о киммерийцах – чистый миф, то можно логически увязать, при желании, следующее:
— появление на западе Италии в 8 в. до н.э. первой греческой колонии у озера Аверно, что в кратере вулкана, рядом с пещерой – одним из входов в мрачное царство Аида;
— «Одиссею» Гомера (8 в. до н.э.), в которой он помещает киммерийцев на дальнем Западе, у Океана, во мраке, куда не проникает свет Солнца;
— мнение древнегреческого историка Эфора (4 в. до н.э.) о том, что киммерийцы живут у того самого озера Аверно, что в кратере вулкана, рядом со входом в Аид;
— следование киммерийцев указаниям оракула, подобно тому, как кельты следовали указаниям друидов;
— и предположение о том, что киммерийцы имели связь с Катакомбной культурой.
Мол, греки встретились на новом месте с киммерийцами, рывшими по старой привычке катакомбы и верящими оракулу (как кельты друидам), слухи об этом дошли до Гомера, а через 300 лет древнегреческий историк Эфор уточнил, что именно происходит в Италии, и написал правду про тамошних киммерийцев. А что? – довольно складно получается.

Кстати, о птицах. Название Aornos («Бесптичий») – даёт нам ещё один пример преобразования греческого придыхания перед первым [o] в латинский звук [v]: [а(х)орнос] – Averno. Можно и о драконах: дракон — символ валлийцев и, в силу этого, враг всех остальных европейских народов, которые с будущими валлийцами воевали. Его в различных эпических (не валлийских) произведениях полагалось убивать, а изображение дракона римлянами и викингами использовалось для устрашения противника. В русских сказках дракон — это Змей Горыныч. Если бы были обнаружены свидетельства, что киммерийцы питали слабость к драконам, и именно их воплощал для наших предков Змей Горыныч, то это был бы ещё один косвенный довод в пользу отождествления пра-кельтов и киммерийцев, но таковых свидетельств я не нашёл. Так что Змей Горыныч мог быть просто кельтским драконом. Дракон Зирнитра, как рассказывают, был и на флаге вендов во время их борьбы с саксонским нашествием. Заманчиво предположить, что валлийский символ – дракон, группа кельтских племён венетов (покорённых в Галлии Цезарем), группа пра-западнославянских племён вендов, вендский дракон Зирнитра и племена вентичей-вятичей – связаны друг с другом, но к вопросу о происхождении кельтов-кимров эта тема отношения не имеет.

Теперь послушаем, что сказывают ирландцы о появлении кельтов-гойделов в Ирландии в «Книге захватов Ирландии», эклектическом сборнике легенд и исторических сведений о заселении Ирладии:
«Теперь о захвате Ирландии гойделами и о том, что шло за чем в ту пору. Говорили мы об их странствиях со времен Яфета, сына Ноя, и Башни Немрода, покуда не оказались они у Башни Бреогана в Испании. А ещё о том, как пришли они из Египта, Скифии и Меотийских пределов по Тирренскому морю к Криту и Сицилии, и о том, как захватили они Испанию силой. Сейчас расскажем вам, как прибыли они в Ирландию.»

Легенда не сомневается, что гойделы в Западную Европу пришли по морю, с промежуточными высадками в Египте, на Крите и в Сицилии. Если это путешествие имело место в реальности, то оно почти совпадает с массовой миграцией «народов моря» из Малой Азии, в частности, с переселением части этих народов на Сицилию – элимцев и сикулов – в  13 – 12 вв до н.э., а также адриатических венетов («(х)енетов», по греческим античным источникам) — в 11 — 9 вв до н.э., говоривших на языке, сходном с кельтскими, италийскими и иллирийскими. Заходили «народы моря» и в Египет. Всё это интересным образом согласуется с гипотезой об отсутствии контактов гойделов с грекоязычным населением по ходу их миграции в Испанию.

Напоследок — предание об изгнании скифами киммерийцев в изложении Геродота (цитату взял из уже цитированной в разделе 2 книги Сафронова):
«Скифы-кочевники, живущие в Азии, вытесненные во время войны массагетами, ушли, перейдя реку Аракс, в Киммерийскую землю (именно ее теперь и населяют скифы, а в древности, как говорят, она принадлежала киммерийцам). При нашествии скифов киммерийцы стали держать совет, так как войско наступало большое, и мнения у них разделились. Обе стороны были упорны, но лучшим было предложение царей. По мнению народа, следовало покинуть страну, а не подвергаться опасности, оставаясь лицом к лицу с многочисленным врагом. А по мнению царей, следовало сражаться за страну с вторгающимися. И народ не хотел подчиниться, и цари не хотели послушаться народа. Первые советовали уйти, отдав без боя страну вторгающимся. Цари же, подумав о том, сколько хорошего они здесь испытали и сколько несчастий постигнет их, изгнанных из отечества, решили умереть и покоиться в своей земле, но не бежать вместе с народом. Когда же они приняли это решение, то, разделившись на две равные части, стали сражаться друг с другом. И всех их, погибших от руки друг друга, народ киммерийцев похоронил у реки Тираса, и могила их еще и теперь видна. Похоронив их, народ таким образом покинул страну, и скифы, придя, заняли безлюдную страну.»

С последующими рассуждениями Сафронова о том, что народ, отдающий свою страну без боя, нельзя считать автохтонным, можно было бы и согласиться. Но в нашем случае имеются археологические свидетельства присутствия на этой территории оседло-кочевого населения в течение полутысячи лет. Я бы предположил, вслед за авторами одной из статей, цитируемых в разделе 6, что этнокультурное давление Срубной культуры началось задолго до пришествия скифов, и что держаться за эту землю простому народу было уже не так интересно – чего не скажешь об амбициозных царях.

Но мы не о том. Это предание в мифической форме говорит о завершении исхода киммерийцев с севера Причерноморья, начатого много раньше. Что их, и правда, там не осталось. Как не видно на юге России и кельтов, кстати говоря. А вот были ли – вопрос мучил всех, начиная с Геродота.

Нашёл такое интересное рассуждение на тему (из книги В.Я. Петрухина, Д.С. Раевского, Очерки истории народов России в древности и раннем средневековье. М. 2004):
«Сам Геродот видел подтверждение его точности прежде всего в том, что на северном побережье Черного моря в его время существовали топонимы, как будто сохраняющие память о прежних жителях этой страны. Так, современный Керченский пролив греки именовали Боспором Киммерийским; какие-то древние развалины в том же районе получили у них название Киммерийских стен; кроме того здесь же, по его сведениям, находилась «область, именуемая Киммерией», и некие Киммерийские переправы [Тохтасъев 1984]. Все это как будто свидетельствует, что киммерийцы в самом деле некогда здесь жили. Насколько, однако, весомы подобные доказательства?

В этой связи справедливо отмечалось, что ни один народ, как правило, не называет объекты на территории своего обитания собственным этническим именем – скорее подобные наименования присваивались иноэтничным населением [Дьяконов 1981, 94] – и что в данном случае перечисленные имена (к ним следует добавить существовавший на восточном берегу Керченского пролива греческий город Киммерий, упоминаемый целым рядом древних авторов) могли быть даны самими греками вследствие бытовавшего у них убеждения, что когда-то эту землю населяли киммерийцы.

В действительности исконное местное название Керченского пролива, было, судя по всему, иным, и память о нем сохранилась в имени основанной на его западном берегу греческой колонии Пантикапей: в языках восточноиранской группы, на которых, как мы увидим ниже, говорило большинство туземных племен Причерноморья в то время, это имя означало «Рыбный путь» (то же имя – Пантикап – носила и одна из рек этого региона) [Абаев 1949, 175]. Название же Боспор — чисто греческого происхождения и прилагалось эллинами к разным проливам; наряду с Киммерийским существовал Боспор Фракийский, сохранивший это слово в своем названии до наших дней – это пролив Босфор, соединяющий Черное море с Мраморным. В обоих названиях прилагаемое к этому слову определение указывает, в земле какого народа данный пролив находится. Но поскольку, как явствует из всей античной традиции, самих киммерийцев осваивавшие берега Керченского пролива греки здесь уже не застали, его название, бытовавшее в античном мире, указывает лишь на существование в нем представления о прежних обитателях этих земель – представления важного, но не обладающего абсолютной этноисторической доказательностью. То же можно сказать о других «киммерийских топонимах» Северного Причерноморья. Но такое заключение при всей его логичности не проясняет, как же сформировалось и насколько достоверно само это представление.»

Но нас в данном контексте не интересует, кто и почему назвал жителей Северного Причерноморья киммерийцами. Важно, что экзоэтнонимы (экзоэтноним – это «не самоназвание» народа) иногда прилипают к народу – такие примеры история знает. А народ там до греков и скифов был, и довольно развитый, в этом мы сейчас убедимся.

6 Археологические соображения

Главное, конечно, это не логика рассуждений, а материальные факты. Логику, при должном усердии, можно подобрать под любой комплект исходных данных.

И несмотря на желание верить в катакомбы киммерийцев в Италии, я лучше послушаюсь Страбона и буду здесь приводить цитаты археологического содержания из сообщений о конкретных практических исследованиях. Это естественно, что цитаты, ибо сам раскопками не занимался. Сразу оговорюсь, что бронебойных материальных доказательств, типа найденной в Уэльсе амфоры с надписью «Здесь был киммериец Вася, ныне валлиец», датированной началом нашей эры, в природе пока нет. Но есть факты, даже не просто нейтральные по отношению к киммерийской гипотезе, а подтверждающие право этой гипотезы на существование.

О первых миграциях кочевых племён Северного Причерноморья.
«Появление киммерийцев на исторической арене было связано со многими процессами, происходившими в конце 2 — начале 1 тысячелетия до н.э. в степных районах Восточной Европы. Существенным фактором, вызвавшим формирование раннекочевнических образований на этой территории, было ухудшение природно-климатических условий. Наряду с другими причинами, оно способствовало распаду таких крупных культурных общностей эпохи поздней бронзы как срубная и белозерская. Их население имело комплексное земледельческо-скотоводческое хозяйство, и иссушение климата вынудило стенных обитателей перейтик кочевому скотоводству. Однако, с ростом засушливости и уменьшением продуктивности степных ландшафтов в 10-9 вв. до н.э. неокрепшее еще кочевое хозяйство, также, по-видимому, начинает переживать кризис. Это заставило значительную часть населения покинуть степные районы и переселиться в места с более благоприятными природными условиями. Данное положение можно проиллюстрировать некоторыми цифрами. Так, в 12-10 вв. до н.э., по сравнению с предшествующим периодом, в степной зоне между Доном и Дунаем наблюдается десятикратное уменьшение количества поселений и погребений. Те же тенденции сокращения населения проявляются в степном Причерноморье и в последующую киммерийскую эпоху, что находит своеотражение в отсутствии на этой территории поселений стационарных могильников.
Расселение киммерийцев, вероятно, проходило в несколько этапов и в нескольких направлениях. В первую очередь, они переселялись в районы, которые в значительно меньшей степени пострадали от понижения уровня увлажненности, так как находились в зоне с положительным балансом влаги. Это лесостепь и прилегающие к ней районы правобережья и левобережья Днепра, территории предгорного Крыма и Северного Кавказа, в частности Закубанья, где в предскифский период отмечен резкий прирост могильников. Многие из них несут в себе черты, свидетельствующие о контактах со степными племенами. Данное обстоятельство явилось важным фактором формирования одной из групп киммерийских памятников, получивших в науке название «новочеркасской». Она была названа по кладу бронзовых предметов, найденных в 1939 г. в г. Новочеркасске. Основной территорией распространения «новочеркасской» группы является Предкавказье и лесостепное Днепровское Правобережье. Культура этого населения сформировалась, преимущественно, впроцессе тесных контактов ранних кочевников и местного населения Северного Кавказа.
Вместе с тем, следует отметить, что указанные выше переселения не привели к запустению степей. Часть кочевого населения осталась там, сосредоточившись в местах, наиболее пригодных для жизни, например, в долинах больших рек. Именно с ней следует связывать другую группу киммерийских памятников. Она названа «черногоровской» по захоронению в кургане у хутора Черногоровский в Донецкой области. Эта группа памятников локализовалась на широкой территории от Заволжья на востоке до низовий Дуная на западе. Именно черногоровское население более тесно связано по обряду погребения и общему облику материальной культуры со степными культурами эпохи поздней бронзы юга Восточной Европы.»

Справка Википедии:
«Белозерская культура — археологическая культура эпохи финальной бронзы (12-10 вв. до н. э.), распространённая в степной полосе Украины и Молдавии, отдельные памятники представлены на Нижнем Дону и Надкубанье. В 80-х гг. XX в. выделена как самостоятельная археологическая культура исследователями В.В.Отрощенко, И.Т. Черняковым и В. П. Ванчуровым. Памятники представлены поселениями, некрополями, мастерские, клады и единичные находки. Жилища – землянки, полуземлянки и наземные с каменной основой. Некрополи представлены курганными и грунтовыми могильниками. Иногда они составляют единый комплекс. Обряд предусматривал захоронение умершего в прямоугольной яме, перекрытой деревянным настилом, в скорченном положении на боку, реже на спине, кисти рук перед лицом, ориентирация — головой на юг. Погребальный инвентарь представлен одним-двумя округлобокими сосудами, реже — изделиями из металла. Племена белозерской культуры приняли активное участие в формировании киммерийской культуры.»

Мы помним, что и Страбон, со ссылкой на Эфора, упоминал об итальянских киммерийцах, живших в землянках.
Но главное, что ухудшение климата в конце 2 тысячелетия до н.э. привело к расселению степных (теперь будем их называть киммерийскими без опасений) племён в двух направлениях: на запад, на южную Украину и Молдавию (территория фракийцев), и на юг, к Кавказу (территория племён северокавказской культуры, преемницы Майкопской).
Многократное сокращение числа погребений между Доном и Дунаем началось, если верить цитированному, в 12 в до н.э. Незадолго до этого времени (см. описания археологических культур в разделе 1) были вытеснены из этого региона племена Катакомбной культуры, но куда – найденные источники не уточняют. Можно предполагать, что вышеупомянутые два потока мигрантов – это и есть племена Катакомбной культуры – и что интенсивный исход этих мигрантов начался в начале 12 века до н.э.
Это опять-таки согласуется и с данными глоттохронологии о расхождении кельтских языков за 1200 лет до н.э. (хорошо, если данные глоттохронологии не калибровались по данным о миграциях и тавтологии не получилось!), и с предположением о двух последующих потоках миграции киммерийцев в Европу: с северо-запада Чёрного моря и с Закавказья, — а также начало движения этих племен непосредственно предшествует первому широкомасштабному проявлению кельтов в Европе.

Цитаты из научной статьи Городцова В.А., классика археологии, «К вопросу о киммерийской культуре», Труды секции археологии Российской ассоциации научно-исследовательских институтов общественных наук. 1928. III (читать эту работу надо целиком – прекрасный труд, проясняющий очень многие вопросы, запутываемые несерьёзными людьми впоследствии):
«… О. Шрадер, в своем труде об «Индоевропейцах» высказывает мысль, что предшественники скифов в русском Черноморье были не индо-европейские, но, вероятнее всего, урало-алтайские киммерийцы (стр. 26); тогда как А. Рогозина относит киммерийцев к арийскому корню, а Карамзин, Раулинсон и Миннз отождествляют их с кимврами (по Карамзину — германцами, а по Раулинсону и Миннзу – кельтами). М.
И. Ростовцев вводит киммерийцев в родственные связи с алородийцами (яфетидами), в особенности фракийцами и синтами, обитателями острова Лемноса, и более отдаленными по родству фригийцами, хеттами, халдами и митани, но считает их совсем не родственными иранским племенам: скифов и савроматов. В общем, однако, вопрос о расе и племени народа до сих пор остается нерешенным. Нерешенным остается вопрос и о той территории, откуда вышел этот народ в северное Черноморье. О. Шрадер выводит его из Урало-Алтайской области; Раулинсон, Рогозина и Любавский — из Средней Азии, откуда киммерийцы будто бы вышли с незапамятных времен.»

Здесь, при описании постановки задачи исследования, мы видим, что кимвров кельтами и их же киммерийцами считали и профессиональные историки, то есть мысль не настолько примитивна, и она вполне достойна внимания. Кроме того, не укрывается от ока исследователей возможное родство и с фракийцами, и с индоариями митанни, и отсутствие этого родства с ираноарийскими племенами скифов и сарматов. На вопрос, откуда к Чёрному морю пришли киммерийцы, ответа я не встречал, но есть косвенные свидетельства о возможной связи Катакомбной культуры с Балановской ветвью (2000 – 1500 гг до н.э.) более северной Шнуровой культуры (отпечатки верёвок на керамике, жилища полуземляночного типа, медная металлургия, колесный транспорт). Часть киммерийцев, возможно, мигрировала на север (за «Рифейские горы») и смешалась с носителями Поздняковской культуры (1500 – 1000 гг до н.э.) в бассейнах рек Оки, Клязьмы, в верхнем и частично среднем правобережном Поволжье.

О следах пребывания киммерийцев у Волги можно прочитать и в монографии «Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время [коллективная монография]. Глава четвёртая. Предшественники савроматов в Волго-Донском междуречье, Заволжье и южном Приуралье.» Дворниченко В. В., Кореняко В. А., 1989, с. 148, 152:
«У античных авторов нет сведений о том, что киммерийцы обитали к востоку от Дона. Однако памятники киммерийского времени в междуречье Волги и Дона, а также Заволжье, практически ничем не отличаются от одновременных им северопричерноморских комплексов. Они представляют собой немногочисленные относительно бедные погребения и случайные находки. Следы оседлости в Поволжье отсутствуют, а относительная редкость памятников может являться следствием перехода к кочевому образу жизни и новому способу ведения хозяйства. Имеющиеся материалы указывают на связи населения Поволжья и Подонья с населением северопричерноморских степей и Северного Кавказа.»

В общем, связь есть, общность культурная есть, но называть киммерийцами поволжских собратьев не будем. Есть, конечно, соблазн считать, что метка R1b, имеющаяся в избытке у некоторых изолированных групп башкир, оставлена 3000 лет назад киммерийцами – но с этим надо разбираться детальнее, и это выходит за рамки темы сей статьи.

Продолжаем цитировать работу Городцова:
«По Ф.Б.Бруну, северно-черноморские киммерийцы сделали первый поход в Малую Азию в 1076 г. до н. эры, а по И.И.Толстому и Н.П.Кондакову, киммерийцы задолго до нашествия скифов стали переселяться в М.Азию. М.И.Ростовцев отмечает влияние хеттов, древних обитателей М. Азию на киммерийский культ великого женского божества. Наконец, Миннз указывает на киммерийцев «Одиссеи», как на несомненных древних обитателей Ю.России.»

Таким образом, давно известны свидетельства начала проникновения киммерийцев в Малую Азию ещё в 11 веке до н.э., что согласуется с данными вышеприведённых цитат, описывающих преемственность культур в Северном Причерноморье и уменьшение числа местных захоронений после 12 века до н.э. А лувийское влияние на культуру киммерийцев мы ранее отследили по именам киммерийских вождей. С Миннзом я безусловно согласен: во времена Одиссея (13 в. до н.э.) киммерийцы жили к северо-востоку от Чёрного моря.

Среди описаний предметов, обнаруженных при раскопках на северочерноморской территории киммерийцев, есть описания металлических изделий и оружия сугубо местного производства:
«Среди местных типов бронзовых кельтов особенно интересны найденные в г. Керчи, как видном центре киммерийских владений. Таких кельтов известно три (рис. 2—4). К ним следует прибавить еще два кельта, найденные в Ялте и близ Симферополя. По форме они близки друг к другу (рис. 5 и 6), отличаются небольшими размерами, имеют по два боковых ушка; они, несомненно, принадлежат к одному, довольно позднему, времени. К тому же довольно позднему времени следует отнести и в высшей степени интересный керченский плоский бронзовый топор, украшенный солнечным диском и под ним рогатым животным (рис. 1).
Типы подобных топоров, как мы уже видели, свойственны Южно-кавказской, Галльштатской и Приуральской культурам; но керченский экземпляр имеет несколько более изящную форму и такие украшения, которые на других известных экземплярах не встречаются.»

Из этого следует, что киммерийская культура в части производства изделий из металла родственна Гальштатской и, по крайней мере, не отстаёт от неё по времени: автор упоминает киммерийские находки, датируемые около 11 в до н.э., древность большинства находок подтверждается отсутствием греческих изделий среди найденных предметов (то есть предметы, найденные на киммерийской территории, древнее 7 в. до н.э.). Эти временные рамки допускают участие мигрантов из Причерноморья в формировании европейского гальштата. (Кельты здесь – это не люди, а особые топоры.)

Заключение статьи:
«При внимательном изучении южно-русских памятников ранней поры неометаллической эпохи, нельзя не заметить среди них такие, которые сопровождаются керамикой с белой инкрустацией. Число их пока невелико. Обыкновенно такие памятники относятся исследователями к древнейшим скифским. Но известно, что инкрустированная белой пастой керамика существовала в Галльштатской и Кавказской культурах в конце II и в начале I тысячелетия до нашей эры, а это как раз совпадает со временем пребывания киммерийцев в северном Черноморье; поэтому было бы логичнее приписывать инкрустируемую керамику и сопровождаемые ею другие памятники киммерийцам. Образцы этих памятников бывали находимы и в курганах, и в зольниках. Среди последних особенно интересны открытые и обследованные мною в Полтавской губ., близ села Бельска. Чтобы составить представление о времени бельских зольников, следует сказать, что даже в тех из них, которые совсем не содержат инкрустированной посуды и относятся к более позднему времени, встречаются обломки милетских амфор конца VII века и обломки чернофигурных аттических ваз VI века до нашей эры; тогда как в зольниках, в более значительных количествах, обломки инкрустированной керамики, древнегреческие предметы совершенно отсутствуют, что может указывать на время, предшествовавшее появлению в Северном Черноморье греческих колоний, а также и скифов, вторжение которых в Черноморские степи совершилось только немного ранее первых. Между тем в древнейших зольниках найдены железные предметы и кости домашних животных, не исключая свиней, которых скифы по Геродоту не имели. На этом я закончу краткий обзор памятников, могущих с большею или меньшею вероятностью быть относимыми к Киммерийской культуре.»

Ещё одна констатация нахождения киммерийцев на должном уровне развития, равно как и общности этой культуры с Гальштатской и Северокавказской. Ну и, судя по заключению, киммерийцев и кельтов объединяет любовь к свинине — в отличие от скифов. У кельтов, как я читал, свинья — не только продукт питания, но и культовое животное.

Г.В. Вернадский о природе киммерийцев:
«Возвращаясь к киммерийцам, можно принять мнение, что они составляли лишь правящий класс страны. Проблема их этнического происхождения, таким образом, более узка, нежели вопрос об этническом базисе населения Южной Руси как целого. Недавно А.Б. Башмаков предположил, что киммерийцы схожи с черкесами, народом Северокавказского ареала [17]. Однако мнение, выраженное ранее М.И. Ростовцевым, может до сих пор рассматриваться как авторитетная гипотеза о происхождении киммерийцев: именно, что они принадлежат к той же этнической группе, что и фракийцы [18]. Характерно, что некоторые боспорские цари имели фракийские имена. Итак, именно в регионе на обоих сторонах Керченского пролива люди киммерийского происхождения должны были остаться даже в скифский период, а сам пролив был известен как Киммерийский Боспор. С археологической точки зрения, долота, обнаруженные в Бесарабии, т.е. в зоне местной экспансии фракийцев, схожи с теми, что обнаружены в Северокавказском ареале, к востоку от Керченского пролива. Фракийцы лингвистически принадлежат к индоевропейской семье. Поэтому киммерийцы могут сами рассматриваться как арийцы.»

Приведённые выше данные свидетельствуют в пользу общности «исторических» закавказских киммерийцев и северопричерноморских племён. В разногласиях Башмакова и Ростовцева ещё раз проглядывает территориальная дуальность киммерийцев.

Что находят в киммерийских захоронениях и где именно.
«Находки в курганах колесниц являются свидетельством высокого социального статуса их носителей. У индоевропейских народов колесница выступает как атрибут царей и богов. По «Авесте» известно сословие «стоящих на колеснице» — одно из трех сословий древнеиранского общества, из которого происходит царь. В связи с этим, имеются основания рассматривать комплексы с упряжью колесниц как знаки принадлежности их владельцев к элитарной прослойке киммерийского общества.
Симптоматично, что колесницы получают широкое распространение в том хронологическом пласте древностей, которые имеют свидетельства о военных контактах с древним Востоком. Скорее всего, эти совпадения не случайны и могут являться археологическим подтверждением участия киммерийцев в переднеазиатских походах 8-7 вв. до н.э. Их дополняют другие находки, известные в частности в Днепровском лесостепном правобережье. Так, в Черкасской области обнаружены бронзовые, плакированные золотым листом бляшки-розетки от конской уздыв виде округлых дисков с бортиком, украшенные рельефными лепестками и точечным орнаментом по краю (рис.5). Ближайшие аналогии им известны среди ассирийских древностей, относящихся ко времени правления Саргона П (последняя четверть 8 в.до н.э.), когда киммерийцы собственно и появляются на древнем Востоке. Из Черняховского клада под Киевом происходят бронзовые оковки от щитов, состоящие как бы из четырех выпуклых блях различной величины, наложенных друг на друга в виде концентрических кругов. Связь этих оковок с Закавказьем и Урарту сомнений не вызывает. К этому же кругу древностей относятся и найденные в Центральном Предкавказье предметы парадной и боевой паноплии (шлемы, панцири, пекторали), некоторые из которых также украшены рельефными концентрическими кругами.» (С.В.Махортых, публикация в сети).

Находки, связанные с Закавказьем времени походов киммерийцев, обнаруживаются вплоть до Киева. Конечно, так далеко их могли доставлять не обязательно сами киммерийцы, но иметь в поле зрения эти находки стоит.

Ещё о находках предметов, которые иногда считаются оставленными киммерийцами:
«К сожалению, археологические данные для опознания киммерийской культуры в Европе очень скудны. Время вытеснения киммерийцев из степей Северного Причерноморья совпадает с датами многочисленных предметов конской сбруи, найденных в разных областях Европы и сходных с подобными северопричерноморскими вещами. Отсюда возникло предположение о киммерийском вторжении в Европу. По локализации этих находок были намечены и пути вторжения: одна часть киммерийцев якобы прошла через Валахию и достигла Македонии, другая — прошла через Трансильванию, Большую венгерскую равнину, Восточные Альпы и достигла Южной Франции; третья — прошла севернее Карпат и достигла даже Бельгии, Скандинавии и Британии. Многочисленные клады, спрятанные в ту эпоху, служат дополнительным свидетельством о вторжении киммерийцев.
Однако, несмотря на все эти «доказательства», реальность вторжения киммерийцев в Европу очень сомнительна. Дело в том, что предметы конской сбруи (удила, псалии и т.п.), найденные в Европе, не обязательно должны восходить к прототипам, созданным в степях Северного Причерноморья, тем более, что сходные формы конской сбруи, но изготовленные из рогов оленя и из кости, найдены в венгерских теллях среднего бронзового века. Судить о киммерийских миграциях по распространению в Европе лошади как верхового животного нет основания. Погребения в деревянных камерах и на повозках также появляются в степных областях почти на 1500 лет раньше, чем в континентальной Европе. Но и это явление можно рассматривать как результат диффузии элементов степных культур, а не непосредственного переселения киммерийцев или скифов.»

Если это, действительно, следы миграций киммерийцев, то это, скорее, всего, предки P-кельтов, поскольку мигрировали они с территории фракийской общности и закончили миграцию на севере Галлии и на Британских островах. Продолжу цитирование:
««Фрако-киммерийская» культура известна очень фрагментарно и первоначально сконструирована не по комплексам исследованных памятников, а по отдельным находкам.
Лишь в последнее время начались систематические раскопки памятников VIII-VII вв. до н.э. на территории, где согласно письменным источникам жили фракийцы. Характерным признаком культуры этого времени считается вылощенная до глянцевого блеска керамика разнообразных форм, в том числе большие сосуды типа вилланова — с раздутым округлым туловом, высоким горлом с отогнутым наружу венчиком и орнаментом в виде горизонтальных каннелюр и невысоких шишечек на широкой части тулова, а также миски и другие сосуды, иногда украшенные резным орнаментом и инкрустацией.
Из металлических изделий для «фрако-киммерийской» культуры того времени типичны бронзовые серпы с ручкой и выступом у основания, кельты с дугообразно вырезанным краем втулки и ушком, псалии, состоящие из круглого в сечении стержня и трех поперечно расположенных полых трубочек, крестовидные пряжки и др.
Один из наиболее знаменитых кладов, относящихся к «фрако-киммерийской» культуре, найден у Михалкова на Днестре (Тернопольская обл. Украины). Клад состоял из золотых вещей: двух чаш, пяти браслетов, 12 фибул (в том числе плоских со звериным орнаментом), семи блях, шейной гривны, двух диадем (с геометрическим орнаментом), 3 тыс. золотых бусин и др. Клад датируется VIII-VII вв. до н.э. Некоторые ученые говорят о восточном (киммерийском) происхождении клада и указывают на то, что трактовка фигурок зверей на зооморфных фибулах связана со стилем кавказских изделий. Однако большинство ученых считают, что вещи клада сделаны во фракийских мастерских. Доказать это пока невозможно, но обращает на себя внимание сходство отдельных предметов из михалковского и других кладов, найденных в Карпатской котловине и прилегающих областях, в частности из кладов Фокору, Дали и Михаени.»

Автор статьи, как и подобает учёному, осторожен в заключениях. Тем не менее, подозрение о тесном взаимодействии фракийцев и киммерийцев в 8-7 вв до н.э., помимо военных акций последних с трерами, посеяно. Наличие кладов, которые могли бы быть киммерийскими, по путям следования P-кельтов и треров-треверов, — усиливает подозрение в родстве кельтов и киммерийцев.

Ниже будет справка из Википедии, в которой говорится о возможной связи кельтов с южно-русскими степями. А сейчас – о миграциях кельтов в Западной Европе. Кельты первоначально отслеживаются в Европе, предположительно, по Гальштатской культуре и по Культуре полей погребальных урн.
Справка из Википедии:
«Впервые кельты проникают на северо-восток Пиренейского полуострова около 700 г. до н. э. вместе с культурой полей погребальных урн…
Массовый переход кельтов через Пиренеи и их расселение по всему полуострову (кроме южной оконечности, где проживали турдетаны) происходит около 600 г. до н. э. вместе с распространением Гальштатской культуры.
Период расцвета кельтских народов в Испании – 4-2 вв. до н. э. В последующие периоды – в 3-2 вв. до н. э. – в Испанию вторглись новые другие кельтские племена (носители латенской культуры), в частности вольки (тектосаги и арекомики), принесшие с собой в Каталонию новую культуру. Они были, очевидно, носителями галльских диалектов, существенно отличавшихся от представленных до того в Испании кельтских языков.»

Автор цитаты полагает, что языковое разделение кельтов имело место ещё до вторжения кельтов в Западную Европу, и что вторжений было два: P-кельты ринулись в Западную Европу на полтысячелетия позже Q-кельтов. Срок, вполне достаточный для окончательного разделения языков и приобретения ими особенностей, связанных с языковым соседством: у Q-кельтов – с италийцами, у P-кельтов – с греками и фракийцами.

Ещё справка:
«Ближе к 4 в. до н. э. Гальштатская культура распадается, постепенно сменяясь в западных районах Латенской культурой. Если гальштатская культура по своему составу была кельто-иллирийской, то латенская — кельто-дако-фракийской, а кельто-иллирийское единство сохранилось лишь у занимавшей относительно небольшую территорию Атестинской культуры в Италии… По материалам погребений прослеживается небольшое восточное влияние из южнорусских степей.»

Здесь мы видим намёк на наличие причерноморских артефактов в кельтских погребениях. Кроме того, ареал Атестинской культуры (10 – 1 вв до н.э) – это территория расселения адриатических венетов (о разных венетах мы уже вспоминали в разделах 4 и 5).

Сравнивая группу цитат о киммерийских артефактах с группой цитат об археологических культурах с участием кельтов, обнаруживаем следующее:
— наблюдаемая с 11 в до н.э. древняя киммерийская культура была по типам и виду изготавливаемых предметов подобна и почти синхронна Гальштатской;
— в 8 в. до н.э. в Причерноморье существовали две родственные этнические группы киммерийцев, одна из которых была в 12-10 вв до н.э. потеснена восточными племенами в ареал фракийской общности (частично ассимилирована пришельцами), другая, в то же время, была вытеснена на Северный Кавказ – 400 лет раздельного существования должны были привести к существенной разнице в диалектах этих этнических групп; куда исчезли группы киммерийцев, неизвестно;
— в 8 веке до н.э. и в 4 в до н.э. в Западной Европе проявляются группы кельтов, говорящие на двух разных диалектах, более древние мигранты участвуют в формировании Гальштатской культуры, а последние вытесняют первых и трансформируют Гальштатскую культуру в Латенскую; откуда взялись группы кельтов, неизвестно;
— вдоль второй волны миграции кельтов обнаруживаются клады с артефактами, предположительно, киммерийской культуры;
— на фракийской территории обнаруживаются артефакты, предположительно, киммерийского происхождения.

7 Предварительные выводы

7.1 В разделе 1 мы упомянули об арийской экспансии в Западную Европу. Большинство историков полагают, что эта экспансия была.

7.2 Специалисты по ДНК-генеалогии близки к согласию в том, мужская метка R1b проникла в Западную Европу южными путями, а метка R1a – северными. Южных путей всего три: по северу Африки, по Дунаю и по Средиземному морю. Первым путём воспользовались предки иберов. После них этим путём пошли карфагеняне – но это другая гаплогруппа.

7.3 Из реально прибывших южными путями в Западную Европу арийцев с гаплогруппой R1b мы знаем только кельтов. По свидетельствам историков, было две волны кельтской миграции: одна – в начале 1 тысячелетия до н.э. (Q-кельты), вторая – в 4 в. до н.э. (P-кельты)

7.4 Пути перемещений P-кельтов в Европе описаны в исторических документах, и прослеживаются по большому количеству топонимов.

7.5 По пути следования P-кельтов находятся клады с артефактами, схожими с артефактами южно-русских культур.

7.6 По пути следования P-кельтов, среди прочих, обнаруживаются этнонимы и топонимы, этимологически сводимые:
а) к этнониму «киммерийцы» (кимры и кимбры, Кембрийские горы);
б) к этнониму «треры-три(х)еры» (треверы, Трир)
— и столь же просто не сводимые к словам германских, греческого или латинского языков.

7.7 Треверы входили в группу племён белгов (говорящих на P-кельтском диалекте), которые частично мигрировали на Британские острова, сформировав на островах валлийское население, а на материке – валлонское).

7.8 Треры были союзниками киммерийцев, и их одни историки считали киммерийцами, другие – фракийским племенем.

7.9 Язык P-кельтов (и германцев!) имеет заметное родство с греческим языком, язык фракийцев — особенно: «Но греки не рассматривали фракийский язык как варварский (Откупщиков 1988: 67): он был слишком близок греческому – казался как бы ломаным греческим.» – Л.С. Клейн, «Древние миграции и происхождение индоевропейских народов». Язык Q-кельтов этой общности не имеет, но имеет родство с италийскими языками в части архаического звука [kw].

7.10 Из кандидатов на миграцию из Причерноморья в Западную Европу имеются только две этнические группы киммерийцев (кавказские, в конце 2 — в начале 1 тысячелетия до н.э. – и северочерноморские, вытесняемые скифами, в 7 в до н.э.) и ещё фракийцы — возможно, из-за перенаселения, отмечаемого Геродотом в 5 в. до н.э.

Из 7.1 – 7.3 следует, что кельты прибыли в Западную Европу южным путём в ходе арийской экспансии двумя волнами из южнорусских степей.
Из 7.4 – 7.8 следует, что культура P-кельтов коррелирует с культурой северочерноморских киммерийцев и треров.
Из 7.9 и 7.10 следует, что:
— иммиграция P-кельтов в Западную Европу в 4 в до н.э. начиналась с мест обитания фракийцев, а эмигрировать в Западную Европу в это время из степей через места обитания фракийцев могли только северочерноморские киммерийцы и сами фракийцы;
— иммиграция Q-кельтов в Западную Европу в конце 2 — в начале 1 тысячелетия до н.э. происходила вдали от мест обитания фракийцев, но через область, занимаемую италийцами, а повод для эмиграции в Западную Европу в это время был у закавказских киммерийцев, причём через Малую Азию; отсутствие данных о пути миграции от Анатолии до Испании компенсируется пока только легендами «Книги захватов Ирландии» и сведениями о миграциях «народов моря» в 13 – 12 и адриатических венетов из Малой Азии в 11 – 9 вв до н.э.

По-моему, тут надо очень много натяжек допустить, чтобы кельты-бритты не оказались потомками северочерноморских киммерийцев (к которым примешались треры). Связь кельтов-гойделов с закавказскими киммерийцами прослеживается менее чётко.

Несколько примечаний напоследок.
Если треры в ходе миграций, действительно, стали кельтами-треверами, то либо они-таки были киммерийским племенем, и Страбон ничего не перепутал, либо изначально киммерийский диалект не сильно отличался от фракийского.

Исходя из сведений о взаимном понимании между разными племенами, я бы предположил такие цепочки родства языков-диалектов:
а) греческий — фракийский — киммерийский (P-кельты) — индоарийский;
б) греческий — фракийский (геты) — скифский — ираноарийский;
в) греческий — фракийский — германский (готы) — балтский.
Сравнение этих цепочек выделяет фракийский язык, как находящийся «в центре позиции».
Возможно, ныне вымерший фракийский язык (один из так называемых палеобалканских языков) был одним из наиболее близких к древнему общеарийскому.

В языке Q-кельтов я бы поискал влияние лувийского, хурритского и италийских языков, помимо уже нащупанной связи с индоарийским.
Но это отдельная тема.

Небольшая поправка. Несмотря на категоричность сопоставлений двух потоков миграций киммерийцев и двух потоков кельтов в разделе 7, сопоставление может идти и крест накрест, и даже с большей убедительностью.

Согласно «Книге захватов Ирландии» гойделы стартовали в долгий путь в Ирландию с Мэотиды, мимо греческой Скифии, через Египет, Сардинию, Сицилию и Испанию. То есть гойделам — Q-кельтам — следовало сопоставить северных киммерийцев (и слово «снег» — «sneahta» — у гойделов очень похоже на славянское, в отличие от слов кельтов-бриттов). У Греции они не задерживались, отсюда меньшее влияние древнегреческого на язык гойделов. Миграция происходила, скорее всего, во времена передвижений «народов моря», в районе конца второго — начала первого тысячелетия до нашей эры. Далее всё верно: Гальштат, вытеснение второй волной кельтов в Ирландию.

Закавказские же киммерийцы задержались на востоке дольше, история их боевых походов совместно с трерами известна. После разгрома киммерийских отрядов в 7 в. до н.э. часть киммерийцев осела в районе Синопы, как сообщают книги, а другая часть переселилась во Фракию, где зарегистрирована историками как будущее бриттское — P-кельтское — население. Часть из них — галаты — потом вернулась в Малую Азию (Галатия). В Малой Азии и во Фракии у этой части кельто-киммерийцев было множество контактов с грекоязычным населением за 300 лет обитания по соседству. Далее всё верно: Латен, захват Галлии и Испании, сожжение Рима, поражение от римлян и миграция в Британию.

 

Насчёт басков. Их изолированный язык сближают с языками северокавказской семьи языков, более широкая гипотеза — их включают в состав сино-кавказской макросемьи. Они — не кельты. Но они могут быть потомками древних переселенцев с Кавказа, то есть появились в результате одной из первых волн миграций R1b из зоны Майкопской культуры. Отсюда и наличие шумерских заимствований, и присутствие лексики, сходной с лексикой грузинского и армянского языков.

О происхождении кельтов: Один комментарий

Добавьте свой

  1. Серьёзное исследование. Интересно. Спасибо! Одно только замечание, моё личное. Никто, ничего не придумывал в так называемых мифах. Человек не может выдумать ничего, чего нет в этом мире. Если такое написали, я о тех же киммерийцах, то значит они существовали.

    Нравится 1 человек

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.

Блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

Создайте свой веб-сайт на WordPress.com
Начало работы
%d такие блоггеры, как: