Общие характеристики внутреннего устройства народного календаря (часть 2)

Между тем не только структура и ´семантикаª традиционного народного календаря, но и в значительной степени его терминология достаточно далеко отстоят от соответствующих канонических форм, демонстрируя синкретизм христианского и языческого элементов, народного (местного) и книжного
слоев в традиционной культуре и любопытные способы языковой и культурной адаптации в народном обиходе терминов и понятий христианского календаря.

Речь идет не столько о выборе каждой местной традицией почитаемых или ´опасных» дней из общего канонического набора календарно-отмеченных
дат, сколько об их специфическом мифологическом и ритуальном осмыслении, получающем отражение в соответствующей календарной терминологии.
Даже такие значительные праздники, как Благовещенье, Воздвиженье, Троица, существуют в народном сознании независимо от их христианского содержания и осмысляются исключительно в контексте традиционной ритуальной практики и соответствующих мифологических представлений.

Так, Благовещенье ассоциируется прежде всего со строгими запретамина работы ткаческого и земледельческого циклов,

Воздвиженье с ´закрытиемª земли на зиму, с уходом под землю гадов и отлетом птиц в вырей,

Троица с охранительными обрядами и культом растительности и т. д.

В области полесской терминологии можно указать множество названий как общеславянского или восточнославянского, так и локального характера, не имеющих прямого отношения к каноническим названиям праздников: Белый тыждень (Страстная неделя), Бедная кутья, Ведра кутья и т. д. (канун Рождества), Водянуха, Водяная коляда, Голодная кутья, Кутья-варожка, Несчимная кутья, Писана коляда и т. п. (канун Крещения), Ведемска
ночь (канун Ивана Купалы), Верба, Вербница и т. п. (Вербное воскресенье), Богатая кутья, Богатый вечер, Куготы, Гоготы, Щедруха, Щедрый вечер (канун Нового года), Градовая середа (среда после Троицы), Деды и Бабы (поминальные дни), Дровяная страсть (среда на Страстной неделе), Жильник
(Страстной четверг), Засевальник, Засевуха (1-й день Нового года), Коляда, Коляды (обычно период от Рождества до Крещения), Кривой четверг (четверг после Троицы), Маёвая суббота (канун Троицы), Пополокыны (1-й день поста), Русалка или Русалки (следующее воскресенье после Троицы), Русальный тыждень (неделя до или после Троицы), Сухая середа (среда после Троицы), Сухой четверг (четверг после Троицы), Сухинды (вторник после Троицы), Терпуха, Терплячка (канун Крещения) и многие другие.

Изучение таких терминов вне мотивирующей их обрядовой реальности и народных воззрений совершенно невозможно. Так, для понимания терминов
Куготы и Гоготы необходимо знать локальный западнополесский обычай кричать ´ку-гуª или ´гоготатьª во время новогоднего щедрования (причем гоготать в некоторых диалектах означает !щедровать»), имеющий соответствие в южнославянских рождественских ´кудахтаньяхª и подражаниях крикам домашней птицы; название Дровяная страсть объясняется ритуальным мытьем деревянной посуды в этот день; название
Маёвая суббота мотивировано обычаем украшать дворы и дома троицкой зеленью, называемой маем; термин Пополокыны связан с фразеологизмом полокаты зубы ´полоскать зубыª, обозначающим переход от скоромной к постной пище; Русалка обозначает день ´проводов русалкиª в конце Русальной недели; Терпуха, Терплячка мотивировано глаголом терпеть в
значении !поститься» и т. д.

Вместе с тем народные названия праздников подчиняются определенным собственно лингвистическим законам  в частности, для системы этих названий характерно использование форм множественного числа как оно-
мастического показателя (ср. аналогичные образования в топонимии):Евдоки, Варвары, Савы, Параски, Коляды, Благовестники и др., наряду с формами единственного числа в названиях тех же праздников. См. [Толстая 1984; 1987б; 2001 (наст. изд., с. 377ó384)].
Традиционный народный календарь сохранился в памяти старшего поколения полешуков до настоящего времени и сосуществует с современным гражданским календарем, однако для многих лиц пересчет с одной системы на другую оказывается затруднительным или вовсе недоступным. Для хронологического определения старых праздников используется особая традиционная система отсчета без указания месяцев и дат…
. Нередки, однако, и случаи, когда неподвижные праздники указываются по новому стилю. Грамотные люди составляют для себя и предоставляют в общее пользование письменные календарики с указанием праздничных дат по новому стилю.
В основе народного календаря лежит различение будней и праздников, а среди последних ñ праздников больших (великих, годовых, роковых), называемых праздник или свято, и малых, называемых приcвяток. Эти категории праздников различаются по силе запретов, налагаемых на те или иные виды работы: в большие праздники старались совсем ничего не
делать, для особо почитаемых праздников исключалась даже домашняя работа по приготовлению пищи  в малые праздники либо работали только до обеда, либо воздерживались от определенных видов работ .
Строго соблюдались запреты в так называемые обетные праздники, отмечавшиеся в память о каком-либо значительном (обычно трагическом) событии в истории села ñ пожаре, разорении села, падеже скота и т. п.,. Наиболее сильные запреты в праздничные дни касаются трех видов работ:

1) прядения, снования, тканья и других действий, связанных с ´кручениемª,
2) рубки дров и других действий, связанных с режущими и колющими орудиями и инструментами (в том числе шитья),
3) земляных и полевых работ, рытья, копания земли. Нарушение запрета на первые два вида работ карается, по народным представлениям, неблагополучием скотины и особенно приплода, молодняка; запреты третьей группы соблюдаются главным обрзом из страха перед стихийными бедствиями ñ засухой, градом и т. п.
Различаются календарно закрепленные и подвижные праздники, определяемые как «не в числе, числа не глядит «и т. п.
Помимо праздничных, соблюдались запреты, связанные с днями недели, причем воскресенье приравнивалось к малым праздникам, из других дней особенно выделенными были пятница (запрет на работы ткаческого цикла, соблюдение поста),реже  среда.

Дни недели делили обычно на мужские и женские по грамматическому роду названия (ср. ´Середа# и пья#тница, и субо#та и недзи#ля ñ жэ#нские дни, а понедзи#лок, вто#-рок, чэцьве#рг ñ мушчы#ньскиª. ó Г. Ел. Кочищи, запись автора) и придерживались разного рода и разного смысла примет относительно благоприятности или неблагоприятности этих дней для тех или иных хозяйственных работ, особенно их начала (снования, начала сева или пахоты, жатвы, строительства дома и т. д.). Считают, например, что курицу следует сажать на яйца в ´жоночийª день, тогда выведутся куры; если
же посадить в ´чоловичийª день, будут ´пивниª (Ж. Овр.Возничи, запись М. Р. Павловой).

Особое значение придавалось дню недели, на который пришелся в этом году один из неподвижных праздников, особенно канун Крещения (Голодная кутья), считавшийся днем, опасным для многих работ, и Благовещенье. Эти дни запоминали и затем в течение года при выборе дня для начала тех или иных работ спрашивали друг друга: ´Когда (в какой день недели) у нас была Голодная кутья?» или ´Когда у нас было Благовещенье?» При выборе
благоприятного дня руководствовались также фазами луны.
Различались праздники ´святые» и ´опасныеь» варовитые, варовные: ´Воно# называ#еца Вшэ#сьце пра#зник. В нас так ка#жуть, шо вун ны такы#й сьваты#й, як варовны#й. Опаса#юца все гэ#тым днем. ó Б. Брз. Спорово, запись автора (ср. сербскохорв. ñ варовни дан, варов дан: Понеељак добар дан, а
уторак варовдан [РСХНJ II, 411]).

Вместе с тем, нередко все праздники считались опасными и самые крупные праздники наиболее опасными, особенно строго наказывающими за нарушение запретов и предписаний.
Исследователи народного календаря не раз обращали внимание на особое значение и особую ритуальную и языковую выделенность канунов праздников, на которые нередко переносится вся семантика праздника. Таковы три важнейших кануна в цикле рождественских праздников  канун Рождества, Нового года и Крещения, несравненно более значимые в на-
родном календаре, чем соответствующие праздники. По отношению к этим канунам применяются выражения типа Троица заходит, неделя (воскресенье) заходит, т. е. наступает, вступает в свои права (соответственно говорят, что праздник сходит, отходит и т. п.), почему и запреты, связанные с наступающим днем (пост, воздержание от определенных работ), входят в силу именно накануне праздника после захода солнца (напротив пятницы, против Ивана и т. п.).
Большое значение в полесских календарных представлениях придается и дню, следующему за праздником, который обычно почитается во избежание стихийных бедствий. Любопытным языковым фактом, этнокультурный смысл которого остается не вполне ясным, оказывается применение по отношению к этим дням термина батько !отец» (ср. аналогичную семанти-
ку в паре Бог ó Божич в южнославянской традиции). См. подробнее [Толстая 2002] (наст. изд., с. 385ó390).
Важным аспектом изучения народного календаря как в языковом, так и в этнографическом отношении следует считать выявление локальных различий и ареальных связей в терминологии, структуре и семантике системы праздников и дат отдельных славянских регионов. Это особенно актуально для терминологии, поскольку диалектные словари крайне редко и
случайно фиксируют календарные названия. Между тем даже в пределах Полесья ареальные различия в этой сфере лексики достаточно велики.

При значительном общем фонде полесских названий праздников могут быть выделены термины, приуроченные или тяготеющие к определенным ареалам внутри Полесья и противопоставленные другим терминам с тем же зна-
чением.

Помимо известной пары Громницы- Стриченье для названия Сретения (2.II ст. ст.), противопоставляющей западную часть Полесья восточной, можно указать еще целый ряд ареальных оппозиций.

Так, термины с корнем вод- для названий кануна Крещения (Водная коляда, Водянуха и под.), сосредоточенные на западе Полесья, противопоставлены термину Голодная кутья с тем же значением, занимающему восточную область.

Серия названий для трех святочных канунов (кануна Рождества, Нового года и Крещения), базирующихся на словах коляда и вечер (Коляда, Посна коляда, Перша коляда; Богатый вечер, Щедрый вечер и т. п.), характерны для
западного Полесья и почти не известны в восточном, где преобладают названия со словом кутья (Голодная кутья, Постная кутья, Бедная кутья, Ведра кутья, Первая кутья, Богатая кутья, Щедрая кутья и т. п.).

Термины Паска и Великдень, известные на всей территории Полесья, обнаруживают следующее ареальное соотношение: Великдень употребляется
преимущественно в центральных зонах Полесья и реже встречается на его западных и восточных окраинах, где преобладает Паска (реже Пасха).

Сходное распределение обнаруживают названия Страстного четверга: в крайних западных и крайних восточных районах (север Волынской и север Черниговской обл.) представлен термин Страсть, которому на остальной
территории соответствует Чистый четверг. К западной границе Полесья тяготеет и название Жилник, Жилный четверг, не зафиксированное на остальной территории Полесья, но имеющее соответствие в чернигов. жиловик !постный корж, выпекаемый в первый понедельник Великого поста или на крестопоклонной неделе».

Почитание Сухой середы (1-я или 2-я среда после Пасхи) ограничено западными районами Брестской и Волынской областей, а почитание Сухого четверга (четверг после Троицы) известно преимущественно на востоке Гомельской и Черниговской обл.

Ряд терминов носит локальный характер. Таковы Куготы и Гоготы, известные на крайнем западе Полесья; Бабы, зафиксированное на Мозырщине; Ведра
кутя, отмеченное на Черниговщине; Дровяная Страсть ñ в Ветковском р-не Гомельской обл.; Пинчучка (название осенних поминальных дней)  в Черниговской обл. и др.

Народный календарь каждой отдельной местной традиции (такая традиция в предельном случае может быть представлена всего лишь одним селом или даже частью, ´концомª села) образует систему, в которой каждому празднику соответствует определенный набор обрядовых действий, запретов, примет, поверий, фольклорных текстов и т. д. При сравнительном изучении материала даже на ограниченной территории обнаруживаются различия не только в составе праздников и почитаемых дней, но и в структуре календарного цикла, т. е. в значимости, весомости, ритуальной и мифологической нагрузке отдельных дат и отрезков календаря.

Некоторые ритуальные комплексы или отдельные элементы, поверия и приметы обладают свойством перемещаться по календарю, закрепляясь
в разных традициях за разными, смежными или удаленными друг от друга праздниками. Так, например, девичьи гадания о замужестве и их конкретные формы могут быть приурочены в Полесье либо к дню св. Андрея, либо к кануну Нового года или Крещения, либо к одному из весенних праздников. Поверие об игре солнца связывается в одних зонах с днем Ивана Купалы, в других  с Пасхой, в третьих  с Воздвиженьем.
Весь комплекс купальской обрядности  возжигание огней, обереги от ведьм, сбор целебных трав и т. д.  в некоторых зонах (в частности, на Мозырщине) перенесен на весеннего Ивана или даже на Юрьев день. Ритуальные бесчинства молодежи отмечены в одних районах в связи с Иваном Купалой, в
других ñ со святками, в третьих  с днем св. Андрея….

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.

Блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

Создайте свой веб-сайт на WordPress.com
Начало работы
%d такие блоггеры, как: