Архитектура Древнего Китая (1)

Возникновение первого рабовладельческого государства в Север­ном Китае относится ко II тысячелетию до н. э. Причиной тому послужило благоприятное сочетание природно-климатических и географических факторов. Мягкий климат, обилие муссонных дождей в летний период и лессовых отложений в долине Хуанхэ благоприятствовали развитое сельского хозяйства. Появление бронзовых орудий труда и широкомасштабной ирригации вызвало необходимость замены родового строя рабовладельческим.

Недра Китая богаты многочисленными породами мраморов, гранитов, известняков. Богат Китай и строевым лесом – лиственница, ель, сосна, дуб и пр. Наибольшее применение в строительстве нашли корейский кедр, веймутова сосна, бамбук. Поскольку в древнем Китае зодчие предпочи­тали дерево всем другим материалам, до настоящего времени сохрани­лось сравнительно немного памятников древнейших эпох. О характере архитектуры эпох Шан (Инь), Чжоу, Цинь и Хань (до 25 года н. э.) можно судить в основном по изображениям на погребальных плитах, моделям и останкам каменных конструкций. Китайское зодчество дало весьма своеобразную трактовку древнейших традиций культа Природы, обоснованного и поощряемого государственной религией (даосизм, чань-буддизм, конфуцианство, другие материалистические и идеалистические школы и направления). Любопытно, что древние греки и римляне практически ничего не знали о таинственных серах («желтых людях»). Одно из этих племен якобы проживало на северо-западе Древней Индии, по соседству с Бактрией (Бактрианой, по Страбону). В своей «Географии» греческий ученый упоминает лишь о феноменальном долголетии этих людей:

«Так, например, передают о долговечности серов, которые растягивают время жизни даже до 200 лет…» [Страбон, XV, I, 37, с. 702] [71, С. 654].

В течение своей истории Китай неоднократно подвергал­ся нашествиям кочевых племен и иноземных захватчиков. Внешние и внутренние войны, а также стихийные бедствия не раз приводили к разрушению и гибели ценнейших памятни­ков архитектуры и искусства. Сохранившиеся до наших дней в различных областях Китая многочисленные постройки феодального перио­да показывают богатство архитектурных форм, образование которых можно проследить со II тысячелетия до н. э.

За многие века существования Китая его географические границы претерпевали значи­тельные изменения. Древнейшая китайская культура сложилась в бассейне реки Хуанхэ и в течение многих веков развивалась главным образом на территории современного Северно­го Китая. Благодаря археологическим наход­кам последних лет и дошедшим до нас памят­никам письменности можно проследить исто­рию Китая с периода Шан-Инь (1766-1122 до н. э.), когда господствовал первобытно-общин­ный строй. Наряду с этим в позднейшее время периода Шан уже зарождаются классовые от­ношения, чему способствовало развитие произ­водительных сил и все возрастающее значение земледелия.

Древнейшим свидетельством раннего разви­тия китайской архитектуры рабовладельческой формации являются остатки сооружений древ­ней столицы периода Шан (II тысячелетие до н. э.), открытые раскопками около г. Санъяна, которые продолжаются в настоящее время. Сохранившиеся земляные платформы дворца и храма с каменными базами колонн из плоского валуна или в виде бронзовых дисков указывают на сложение основных форм китай­ского зодчества уже в этот древнейший период. Возникшие в глубокой древности главные ти­пы китайских сооружений, а также их распо­ложение и планировка были обусловлены обще­ственными потребностями и позднее узаконе­ны религиозными канонами. Принцип располо­жения отдельных частей здания также был подчинен традициям и строгим правилам, что, несомненно, создавало известные ограничения для строителей.

Помимо археологических открытий, о харак­тере архитектурных сооружений периода Шан дает также интересные сведения изучение древнейшей письменности. Сохранившиеся от этого периода надписи, процарапанные на ко­стях животных и панцырях черепах, содержат пиктограммы с изображением дома на высоком основании и с двускатной крышей, образующей фронтон. Открытые раскопками остатки жилых зданий этого же периода указывают на умелое сооружение прочных глинобитных стен с при­менением деревянного каркаса. Камень и кир­пич всегда считались китайскими зодчими ма­териалами второстепенного значения, основным же строительным материалом Китая было де­рево, вследствие чего многочисленные архитек­турные памятники прошлого сравнительно бы­стро исчезли. Лишь дошедшие до нашего вре­мени отдельные изображения построек на каменных барельефах и в ранней живописи дают представление о сложных по своим формам древних сооружениях Китая. Они свидетель­ствуют о развитой строительной технике и о длительном сохранении основных архитектур­ных традиций как конструктивного, так и деко­ративного характера.

Современная историческая наука (на основе изучения древнейших литературных источни­ков и археологических находок) определяет сложение в Китае рабовладельческой формации к концу II или началу I тысячелетия до н. э. После длительных междоусобных войн в конце II тысячелетия до н. э. среди ряда боровшихся между собой мелких деспотий выделяется наи­более могущественное царство Чжоу (1122-256 гг. до н. э.). Знать захватывает обширные земельные участки и, широко используя раб­ский труд, управляет ими. В период Чжоу по­лучают развитие основные религиозно-фило­софские учения Китая – конфуцианство и даосизм. Большое значение приобретает в этот период сословие ученых.

1. Особенности градостроительства Древнего Китая

В основу градостроительной практики древнего Китая легли народные строительные традиций, синтезированные в даосском учении Фэн-шуй (Ветер-вода). Согласно этому учению, наиболее благоприят­ной считалась меридиональная планировочная ось: «Господин Солнце всегда смотрит на юг». На юг обращались главные фасады зданий, что обеспечивало оптимальный температурный режим во внутренних поме­щениях. Даосские гадатели разработали целую науку – геомаитию, которая связывала особенности рельефа местности с положением небесных тел, с магнитными полями, с космическими силами и символами (Небо, Зем­ля, пять первоэлементов и пр.). Для этих целей были изобретены ком­пас, карты звездного неба и сейсмограф. Только при благоприятном сочетании небесных сил и «пульсов духа» земли участок считался под­ходящим для строительства. Особое внимание уделялось сочетаниям гео­метрических символов, чаще всего – круга и квадрата (рис. 11.1).

Рис. 11.1. Китайская космогоническая символика: квадрат – «инь», женское нача­ло, Земля, форма кварталов и городских укреплений; круг – «ян», мужское начало, Небо, планы дворцов, храмов, главных городских площадей.

На основе этих фигур формиро­валась планировочная структура как отдельных зданий, так и целых градостроительных комплексов. Пример тому – планировки городов Лояна, Пекина, Чанани (рис. 11.2).

Рис. 11.2. Планировочные схемы городов Лоян (слева) и Чанъань (справа)

Четыре городских стены ориентировались по странам света – тради­ции солнечного культа (китайский император – олицетворение Солнца, Сын Неба) (рис. 11.3).

Рис. 11.3. Ориентация стен по странам света (город, цитадель, дом, комната…)

Рис. 11.4. Пространственная модель китайского города (выделение Оси «север-юг» более высокими административными зданиями, дворцами и храмами; общее понижение высоты зданий в широтных направлениях)

Другая особенность древнекитайских городов – регламентированная высота зданий. Она определялась в соответствии с социальным положе­нием домовладельцев, которые в согласии со своим рангом селились ближе или дальше от центра города – императорского дворца, храмового комплекса. Простой народ имел право строить только одноэтажные зда­ния. Пространственная модель китайского города представлена на рис. 11.4. Особо регламентировался цвет крыш:

а) золотисто-желтые – дворец «солнцеликого» императора (рис. 11.5-а);

б) ярко-голубые («небесная чистота») – культовые постройки (рис. 11.5-б);

в) зеленые («древесная листва») – жилища вельмож, высших чинов­ников, отдельные храмы и паго­ды невысокого ранга;

г) серые («земной прах») – жилища рядовых горожан.

Особо выделялись административный, торговый и жилой районы, пар­ковые зоны.

a б

Рис. 11.5. a – Ханьский дворец в Чанъани, II-I вв. до н. э. Реконструкция;

б – Храм Неба в Пекине, XIV в.

  1. Крепостные сооружения. Великая китайская стена

С древнейших времен города и цитадели Китая окружались крепост­ными стенами. В период «семи царств» (Чжунь Го) на северных грани­цах царств Цинь, Чжао и Янь были построены оборонительные сооруже­ния от набегов кочевников (V-III вв. до н. э.).

Древнейшим памятником китайской архи­тектуры, сохранившимся до нашего времени, является Великая китайская стена («Стена 10 тыс. ли»), построенная в период «Борющихся государств» (Чжань го) (481-221 до н. э.) и перестроенная в III в. до н. э., когда император Цинь Ши-хуанди (246-210 гг. до н. э.), объединив Китай в единую империю Цинь, стремился к укреплению ее слабо защи­щенных границ на севере. Стена пересекает ряд северных провинций Китая и имеет не­сколько ответвлений, образующих дополнитель­ные кольца.

До настоящего времени точного обмера ее не производилось. По последним данным, протя­женность Великой китайской стены достигала 4000 км. Высота ее с зубцами, расположен­ными по наружной кромке боевого хода, рав­няется 9 м, а ширина доходит до 8 м в нижней части и около 5 м – в верхней. Монументаль­ные башни (рис. 11.6), высота которых около 12-14 м, расположены вдоль стены и находят­ся одна от другой на расстоянии полета стре­лы (из 60000 башен в настоящее время сохранилось лишь 20000).Ряд массивных ворот ведет к главным дорогам в Монголию. Стена неоднократно до­страивалась и укреплялась в последующие века. Первоначально она сооружалась только из щеб­ня и земли, и лишь позднее была произведена облицовка ее камнем и кирпичом.

Рис. 11.6. Великая китайская стена

Это оборон­ное сооружение служило в течение веков за­щитой от набегов кочевников. Несмотря на свое однообразие и чисто утилитарное значение, Ве­ликая китайская стена, как и другие произве­дения китайской архитектуры, гармонично сли­вается с окружающим ее суровым горным пей­зажем, опускаясь и поднимаясь вдоль горных отрогов и образуя с ними как бы одно нераз­рывное целое. Летописи сообщают о сотнях тысяч рабов, пленных, солдат, которые соору­жали стену, терпя огромные лишения.

Великая китайская стена воздвигнута на хребтах (рис. 11.7). Она поражает своей органичной взаимосвязью с окружающей природой: «То поднима­ясь на вершины, то стремительно падая вниз, стена своим объемом и силуэтом подчеркивает сложность горного рельефа, его прихотливые изгибы. Кажется, что это сооружение, грозное и неприступное, являет­ся продолжением окружающего ландшафта, столь же сурового и величест­венного…» ( Е.А. Ащепков).

Рис. 11.7. Фрагменты Великой Китайской стены

Интересной особенностью китайской фортификационной архитектуры является контрастное сочетание массивного основания (камень, песок, кирпич) и легкого деревянного навеса для укрытия воинов от метатель­ных снарядов с типичной «парящей» кровлей. Пример тому – обороните­льные стены Пекина, Чжендина и других городов.

В этот же период создавались многочислен­ные сооружения и другого характера. Дошед­шие до нашего времени письменные источники рассказывают о большой строительной дея­тельности Цинь Ши-хуанди (рис. 11.8-а), который, по сло­вам летописи, строил грандиозные дворцы по­сле каждого удачного завоевания, причем на строительстве отдельных сооружений было за­нято более 700000 рабов и свободных земле­дельцев. Дворцы сооружались из редких дре­весных пород: лавра, пихты, кораллового дерева и пр., которые привозились с разных концов страны. О масштабах зданий, их грандиозности свидетельствует указание, что зал одного из дворцов Цинь Ши-хуанди вмещал 10000 чело­век. Столица империи Цинь – Сяньян – растяну­лась на большое расстояние по обеим сторонам реки Вэйхэ.

а б в

г д

Рис. 11.8. а – император Цинь Ши-хуанди; б – вход в его гробницу (г. Саньян, провинция Шэньси, III в. до н. э.); в, г, д – глиняные воины из императорской гробницы

Летописи рассказывают также о сооружении огромного крытого моста, который был возведен через реку Вэйхэ, что указы­вает на высокое инженерное искусство древнего Китая.

После падения империи Цинь и кратковре­менного распада государства династия Хань (206 г. до н. э. – 220 г.) вновь объединила земли империи. В ханьсжий период происходит присоединение новых областей на западе и на юго-западе. Ки­тай в этот период расширяет международные связи, прокладывает новые торговые пути к народам Средней Азии. Большое развитие тех­ники и хозяйства в это время было обусловле­но колоссальной эксплуатацией трудящихся масс, вызвавшей в первые века н. э. мощные восстания рабов и свободных земледельцев. Это привело к уничтожению империи Хань и к новому распаду страны на ряд самостоятель­ных частей.

Представление о развитии архитектуры в пе­риод династии Хань можно получить главным образом благодаря глиняным моделям различ­ных сооружений, которые находят в погребени­ях того периода. Эти тщательно выполненные из глины и раскрашенные модели дворцов, ба­шен, различных хозяйственных построек сви­детельствуют о развитых архитектурных фор­мах сооружений периода Хань.

3. Культовое зодчество Древнего Китая

Наиболее интересным типом культовых построек Китая является па­года. Она утвердилась в Китае с появлением буддизма (III-II вв. до н. э.).

Идея пагоды была заимст­вована в Индии. Однако вертикаль сооружения с многочисленными, загнуты­ми вверх, карнизами глу­боко национальна. Крыши пагод воспро­изводят листву, вертика­льный силуэт – гигантс­кое дерево. Концы балок торчат наружу подобно су­чьям. Центральная мачта держит на себе всю конст­рукцию.

Над пагодой возвышается металлический шест с девятью зонтами (имитация индийской ступы). На конце шеста – двухметровая надставка в форме языков пламени.

Каждая деталь башни имела символическое значение – девять ступеней нирваны Будды, четыре стороны света и др. Если пагода строилась из дере­ва, то её крыша окрашивалась в зеленый цвет, несущие конструкции – в красно-оранжевый. Этим достигалось гармоничное единство здания с растущими рядом елями. Не случайно многие китайские поэты имено­вали пагоду «Дом-дерево». Строились первые пагоды из «одушевлённых» строительных материалов – кедра, бамбука, ели. С помощью пропитки древесины особыми смолами зодчие научились продлевать жизнь постройкам до нескольких столетий (рис. 11.9).

Рис. 11.9. Китайские пагоды. Общий вид

Ставили пагоды на вершинах гор и холмов (рис. 11.10-б). Это полностью отвечало по­стулатам чань-буддизма о ничтожности и суетности земной жизни, о ве­личии Природы. Начиная с V века н.э., пагоды строят из более прочных материа­лов – кирпич, камень и т. п..

В культовой архитектуре Китая главные сооружения (храмы, гробницы), как правило, располагались по оси «север–юг». Вспомогатель­ные постройки размещали по обе стороны от главной оси, параллельно ей и симметрично по отношению друг к другу. Все помещения, располо­женные на главной оси, имеют большую высоту по сравнению с периметральными – соблюдение общепринятых градостроительных принципов.

а б

Рис. 11.10. а – поперечный разрез пагоды; б – пагода Сунъюэсы на горе Суншань,

провинция Хэнань, 520 г.

4. Жилые здания Древнего Китая

Модели зданий, а также сохранившие­ся изображения построек на каменных релье­фах периода Хань показывают, что китайские зодчие уже 2000 лет назад сооружали много­этажные здания, увенчанные многоярусными крышами, покрытыми цилиндрической черепи­цей, которая по краям скатов кровли украша­лась кругами с различными изображениями и надписями (рис. 11.11).

Тип жилья, создаваемый китайцами в течение тысячелетий, мало чем от­личается от своих древнейших прототипов. Строились они из дерева, кирпича-сырца и камня. Стены дома, как правило, не являлись несущи­ми конструкциями. Они заполняли пролеты между деревянными опорными столбами, защищая помещения от холода. Главный фасад – южный. Он имел вход и окна, заполняющие всю плоскость стены. На севере окон не предусматривалось. Южная стена выполнялась в виде деревянной ре­шетки, заклеенной промасленной бумагой (изобретена в III веке до н. э.). Крыша имела характерные широкие свесы, защищающие стены от осадков и прямого солнечного света (рис. 11.12).

Перед главным фасадом часто устраивалась крытая галерея (япон. энгава – «серое пространство»). Галерея служила внешним коридо­ром, связующим все комнаты в доме, местом приема гостей, промежуто­чным пространством между внутренним и внешним миром (рис. 11.13).

Рис. 11.11. Глиняные модели многоярусных китайских домов

Рис. 11.12. Фасад китайского жилого дома

Суще­ствует много версий о происхождении этой чисто китайской формы кры­ши (рис. 11.14):

— желание зодчих преодолеть, визуально облегчить массу высокой крутой кровли;

— фиксация естественного прогиба длинных стропильных балок, имеющих шарнирные опоры на концах;

— уподобление кровли изогнутым ветвям деревьев, силуэту горной гряды, «крылу летящей птицы» (поэтическая метафора) (рис. 11.15);

— обеспечение более пологой траектории стоков, предохранение поверхности стен от смачивания.

Рис. 11.13. Решетчатая оградка-экран ин-би перед фасадом жилого дома

Рис. 11.14. Южный фасад китайского дома

Дом имел кровлю характерной изогнутой формы с большими свесами, подпираемыми системой деревянных стропил доу-гун (рис. 11.16, рис. 11.17).

Внутренняя планировка китайского (а позднее и японского) дома подчинялась установкам китайского основоположника даосизма – филосо­фа Лао-Цзы (V в. до н. э.): «Реальность здания заключается не в четырёх стенах и крыше, но во внутреннем пространстве, предназначенном для жизни в нем…». Согласно китайской традиции, дом является неотъ­емлемой деталью окружающего пейзажа, своего рода ширмой, сквозь кото­рую природа вторгается внутрь здания, дополняет и обогащает его. Зда­ние – лишь временный приют на долгом пути человеческой жизни. Его тонкие стены и перегородки легко ломаются под напором урагана, но решётчатый каркас остается целым («То, что гнется, будет стоять целым; то, что сгибается, будет стоять прямо…»). После урагана легкие стены и перегородки быстро собираются и монтируются.

Рис. 11.15. Уподобление кровли силуэтам горной гряды, парящей птицы

Рис. 11.16. Современная интерпретация доу-гуна (Бурятия). Фото автора.

Визуальная связь с внешние миром осуществляется с помощью дере­вянных решёток (яп. рэндзю) и бумажных трансформируемых перегоро­док (яп. сёдзи). Если в доме были прочные стены из камня, то их поверхность обязательно украшалась живописным пейзажем.

Особую по­пулярность этот прием получил в XI-XII веках («сунская школа»), В глинобитных или каменных стенах прорезали дверные и оконные прое­мы в форме листьев, цветов или ажурных ваз (рис. 11.18). Иногда в доме устраивали миниатюрные сады с деревьями-лилипу­тами (прототип японской икебаны).

Рис. 11.17. Конструкция доу-гун в кровлях китайских домов

Обязательной принадлежностью китайского дома, бедного или бо­гатого, был внутренний двор с садом. Усадьба окружалась высокой стеной. Обычно сразу же за входом с улицы, во дворе, возводилась дополнительная стенка. По поверью, она преграждала путь злым духам, которые не догадывались свернуть и обогнуть её. Дело в том, что в древнем Китае считали, что духи могут передвигаться только прямо либо сворачивать в сторону под прямым углом. Именно поэтому во дворце им­ператора Цинь Ши-хуанди (III в. до н. э.) все подъезды, внутренние переходы в здании, тропинки в парке были криволинейными.

Рис. 11.18. Формы дверных и оконных проемов в китайских усадьбах (по Е.А. Ащепкову)

Изогнутыми были даже края дворцовой крыши, чтобы злые духи не могли продвигать­ся вдоль них. Нередко их украшали фигурки животных, выполнявших роль оберегов от злых духов (рис. 11.19).

Рис. 11.19. Фигурки-обереги на коньковых балках и стропилах (по Е.А. Ащепкову)

Дополнительная стенка, кроме того, закрывала внутреннее простра­нство двора от «злого глаза». Посетителя встречали или перед ней, или в специальном помещении для гостей. Поверхность стен белилась, украшалась рисунками и иероглифами (именами владельцев усадьбы, бла­гопожеланиями в адрес хозяев и гостей). На фасадах, выходящих на улицу, обычно не было окон — старинная традиция стран Древнего Востока. Как правило, окна смотрят во двор или в сад.

5. Основные принципы садово-парковой архитектуры

Первый принцип, которому подчинялась композиция китайского са­да – естественность, «случайность» в размещении всех его компонен­тов. Во всем господствует живописная криволинейность объемов и силу­этов – берега водоемов, переправы из полузатопленных валунов, контуры деревьев, криволинейные очертания горных массивов и холмов. Изо­гнутые силуэты построек дополняют рукотворный и естественный пейза­жи. У зрителя ни в коем случае не должно было сложиться впечатления о целенаправленной деятельности художника.

Второй композиционный принцип – достижение эффекта постепенного «сгущения» растительной массы от центра усадьбы к её периметру. По мере удаления от дома деревья и кустарники увеличиваются в размерах становится более густой их крона. Из-за этого при взгляде со стороны усадьбы теряется условная граница между естественным лесным массивом и садом. Сад как бы устремляется навстречу дикому лесу и горным вер­шинам (рис. 11.20).

Очень популярны были каменные сады. Считалось, что в камнях скрываются души выдающихся отшельников-даосов. С камнем связывали также идею душевной частоты, благородства и вечности. Поэтому очень ценились камни, омываемые прозрачными водяными струями и покрытые седым мхом символом старости, долголетия. В Китае верили, что ка­мень остается живым до тех пор, пока не подвергнется обработке. Поэ­тому камни крайне редко использовались в строительстве. Иное дело – дерево! Оно не только не «умирает», но и одушевляет здание (идеи даосизма, синтоизма) (рис. 11.21).

Рис. 11.20. Принцип расположения растений в китайском саду

Рис. 11.21. Китайский сад. Павильон

Большое внимание уделялось извилистым дорожкам, инкрустирован­ным мелкими камешками и цветным песком. Дорожки украшались узорами в форме иероглифов, сюжетами народных сказок и легенд. Чаще просто имитировали чешую гигантской змеи или дракона, извивающегося между холмами.

Изогнутые мостики в сочетании со своим собственным отраже­нием в воде образовывали причудливую рамку вокруг живописной – группы деревьев или изящной беседки. Тихие сады с водоемами, перекрытыми горбатыми мостиками, глубокий цвет красных лакированных колонн и рез­ных решеток, легкий и разноголосый звон колокольчиков, подвешенных к углам изогнутых черепичных крыш, создавали картину совершенной гар­монии природы и человеческих чувств (рис. 11.22).

Рис. 11.22. Китайский сад. Средневековые гравюры

Это впечатление еще более уси­ливается за счет искусного подбора растений, учитывающего не только их форму и размеры, но и смену окраски в течение года, включение в композицию серебристого снега, инея. Деревья, как и камни, создавали определенное настроение: кипарис – величественное, возвышенное; бамбук – уединенность, грусть; сакура (японская вишня) – мечтательность, умиротворенность.

«Зодчие, – говорят китайцы, – всеми силами добиваются естестве­нности, в которой не было бы видно ни малейших губительных следов человеческих рук…».

6. Декоративные элементы в китайской архитектуре

Наиболее древние постройки, как правило, отличались простотой объемов, преобладанием конструктивных форм над декорацией. Китайцы умели ценить красоту конструкции и не старалисъ маскировать её ор­наментом или скульптурными украшениями.

Все декоративные элементы несли определенную смысловую нагрузку стрекоза – «возрождение», цветок – «чистота и невинность», черепаха – «долголетие», обезьяна – «слух, зрение, обоняние». Изображение то­го или иного животного или растения носило характер благопожелания обитателям дома и его гостям. Символы феникса, тигра, дракона и черепахи, например, обозначали четыре стороны горизонта (рис. 11.23).

Летящий или танцующий журавль – знак счастья и удачи. Следует отметить, что культ сил природы и отдельных животных процветал в Китае во все времена. Здесь даже существовали особые министерства и ведомства огня, гротов, вод, времени, «пяти священных гор» и т.п. Особым уважением пользовались божества Солнца и Луны, духи пя­ти планет, Полярной звезды. Китайскими «божествами вод» считались драконы Лун-ваны. Они отвечали за водный режим страны, за засухи и наводнения.

Кроме дракона, китайцы почитали тигра, феникса, черепа­ху, лису. Изображения этих животных украшают многие китайские двор­цы и храмы. Скульптурами слонов, верблюдов, львов оснащались погре­бальные комплексы, «дороги процессий», «дороги духов».

Рис. 11.23. Животные – символы стран света: золотой фазан (Красный Феникс) – юг, тигр-альбинос (Белый Тигр) – запад; Синий Дракон – восток; Черная Черепаха — север

Китайский, японский, монгольский орнамент поражает неисчерпае­мой фантазией народных умельцев. Здесь широко представлены природ­ные сюжеты – цветы и листья, звери и птицы, облака и люди, драконы самых различных типов (змееобразные, в виде крылатых ящериц, ископа­емых рептилий). Особым спросом пользовались фигуры животных для укра­шения несущих и ограждающих конструкций. Очень часто для оформления входа в здание использовали фигуры сидящих львов – символы могущест­ва императорской власти. Бронзовые и мраморные львы украшали несу­щие элементы мостов, крыш, теневых навесов. Функцию опор выполняли также скульптуры хвостатых черепах биси. Согласно китайской мифо­логии, гигантская биси держит на себе вселенную. Однако наибо­льшим спросом у китайских зодчих и ваятелей пользовался Дракон. Его изображения украшают колонны, стены, парадные лестницы и т. д.

О высоком мастерстве зод­чих и скульпторов этого времени свидетель­ствуют также сохранившиеся в различных областях Китая каменные столбы-пилоны, со­оружавшиеся у входа в погребение. Они раз­личного художественного достоинства, но все­гда отражают строгий стиль архитектуры периода Хань. Наиболее распространенные столбы имеют прямоугольное сечение и стоят на монолитном цоколе с архитектурными дета­лями в виде богато орнаментированных фризов и крыш (рис. 11.24).

Рис. 11.24. Дракон лун-ван в искусстве средневекового Китая;

традиционный лев-собачка; каменный столб-пилон из Сычуани (II век н. э.)

Высота столбов-пилонов обычно дости­гает 4,5-5,5 м. Характерным образцом подобного типа сооружений может служить пилон, сооруженный перед погребальным холмом Шэнь в Сычуани (II в. н. э.) (рис. 11.24). Квад­ратный в сечении, он украшен с четырех сто­рон изображениями символических животных – птицы, тигра, дракона и черепахи, олицетво­ряющих четыре стороны света. Изображения высечены в невысоком рельефе и отличаются выразительностью и четкостью контуров. По углам слегка выступающий фриз украшен скульптурами демонических чудовищ, которые поддерживают своими плечами карниз. Осталь­ная декорация фриза имеет ярко выраженный архитектурный характер: здесь видны концы и перекладины выступающих балок, которые, как это типично для каменной архитектуры, имитируют сложные деревянные конструкции. Второй, узкий фриз (расположенный выше) декорирован сценами охоты, выполненными в низком рельефе. Над фризами расположен мас­сивный, расширяющийся кверху венчающий карниз с крупными скульптурными фигурами охотников, скачущих на сернах и стреляющих из луков, и другими мифологическими персона­жами. Завершением пилона служит выступаю­щая крыша. В этом погребальном сооружении блестяще решено соединение архитектурных и скульптурных элементов. Пилон может служить образцом ранней архитектуры Китая и дает представление о монументальности стиля пе­риода Хань. Строгость и ясное членение архи­тектурной композиции пилона создают общее впечатление силы и тектоничности, свойствен­ным ранним памятникам Китая.

Таким образом, деятельность китайского зодчего направлялась и подчинялась силам природы: «О, великий человек! Его свойства сливают­ся с небом и землей, ясность его составляет одно целое с Солнцем и Луной, его путь – с временами года, его радости и горе – с добрыми и злыми духами…».

Культура Китая оказала огромное влияние на искусство соседних народов, населяющих территорию Монголии, Манчжурии, Тибета, Индокитая, Кореи и особенно Японии.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Абаев, Николай Вячеславович. Чань-буддизм и культурно-психологические традиции в средневековом Китае. – Новосибирск : Наука, Сиб. отделение, 1989. – 271 с.

  2. Авдиев В.И. История Древнего Востока. – М. : ОГИЗ, 1948 – 588 с.

  3. Алпатов М.И. и др. История архитектуры в избранных отрывках – М. : Изд. Всесоюзной Академии архитектуры, 1935 – 590 с.

  4. Анисимов А.М., Гумилев Л.Н. и др. Искусство стран Востока. – М. : Просвещение, 1986 – 303 с.

  5. Афанасьева В., Луконин В., Померанцева Н. Малая история искусств. Искусство Древнего Востока. – М. : Искусство, 1976 – 375 с.

  6. Ащепков Е.А. Архитектура Китая. Очерки. – М. : Госиздат по строительству, архитектуре и строительным материалам, 1959 – 367 с.

  7. Белецкий П.А. Китайское искусство: Очерки – Киев : Изомузгиз, 1957 – 162 с.

  8. Брунов Н.И. Очерки по истории архитектуры. Доклассовое общество, восточные деспотии, Т. 1 – М.-Л. : Академия, 1937 – 442 с.

  9. Бунин А.В., Саваренская Т.Ф. История градостроительного искусства, в 2-х т., Т. 1. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. – Изд. 2-е – М. : Стройиздат, 1979 – 495 с.

  10. Васильев Л.С. История религий Востока (религиозно-культурные традиции и общество) : Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «История». – Изд. 2-е., перераб. и доп. – М. : Высшая школа, 1988 – 416 с. – Указатель терминов и названий : С. 408-415.

  11. Васильев, Леонид Сергеевич. Культы, религии, традиции в Китае. / РАН, Институт востоковедения. – М. : Изд. фирма «Восточная литература» РАН, 2001. – 487 с.

  12. Виноградова Н. А. Искусство средневекового Китая – М. : Изд. АХ СССР, 1962 – 100 с.

  13. Виноградова Н.А. Искусство Китая: Альбом — М. : Изобразительное искусство, 1988 – 58 с.

  14. Виноградова Н.А. Искусство средневекового Китая. – М. : Изд. Академии художеств СССР, 1962 – 100 с.

  15. Виноградова Н.А. и др. Традиционное искусство Востока: Терминологический словарь. – М. : Эллис-Лак, 1997 – 368 с.

  16. Вон Кью Кит. Энциклопедия дзэн. – М. : Гранд ФАИР-пресс, 2002. – 394 с., ил.

  17. Всеобщая история архитектуры (ВИА): Учебное пособие в 2-х т., Т. 1 / Под ред. Б.П. Михайлова – М. : Госстройиздат, 1958 – С. 292-295.

  18. Всеобщая история архитектуры (ВИА), в 12 т., Т. 1 / Под ред. О.Х. Халпахчьяна и др. – М. : Стройиздат, 1970 – С. 419-445.

  19. Всеобщая история архитектуры (ВИА), в 12 т., Т. 9. Архитектура Восточной и Юго-Восточной Азии до середины XIX в. / Под ред. А.М. Прибытковой. – Изд. 2-е – Л.- М. : Изд. литературы по строительству, 1971 – 643 c.
  20. Георгиевский С.М. Мифические воззрения и мифы китайцев. – СПб. : 1892 – 117 с.

  21. Глухарева О.Н., Денике Б.П. Краткая история искусств Китая – М.-Л. : Искусство, 1948 – 211 с.

  22. Грубе В. Духовная культура Китая. Литература, религия, культ: Пер. с нем. П.О. Эфрусси. – СПб. : 1912 – 237 с.

  23. Гуркин, Владимир Александрович. Любовь к мудрости : Философские школы древнего мира. – Ульяновск : Изд-во Ульяновского ГПУ, 1996. – 112 с.
  24. Дзэн-буддизм. / Сост. В.А. Шариев. – Бишкек : МП «Одиссей», 1993. – 670 с.
  25. Древнекитайская философия. Собрание текстов в 2-х томах, Т. 1. – М. : Мысль, 1972 – 363 с.

  26. Древнекитайская философия. Собрание текстов в 2-х томах, Т. 2. – М. : Мысль, 1973 – 384 с.

  27. Древнекитайская философия. Эпоха Хань (III в. до н.э. – III в. н.э.). – М. : Наука, 1990 – 523 с.

  28. Древние цивилизации. / Под ред. Г.М. Бонгардт-Левина. – М. : Мысль, 1989 – 479 с.

  29. Древний Восток : Книга для чтения. / Под ред. В.В. Струве – Изд. 3-е – М. : Просвещение, 1958 – 238 с.

  30. Древний Восток. / Сост. М.В. Воскобойников. – СПб.: Реслекс, 1998. – 463 с., ил.

  31. Древний мир. Изборник источников по культурной истории Востока, Греции и Рима. / Под ред. Б.А. Тураева и И.Н. Бороздина. – Часть 1. – М. : 1915. – 812 с., ил.

  32. Дубровская О.Н. Древние религии мира. / О. Дубровская. – М. : РИПОЛ Классик, 2003. – 445 с., ил.

  33. Духовные учения Востока : Дзэн-буддизм. Даосизм. Конфуцианство. / Петров В.В. – М. : АСТ, 2005. – 318 с.

  34. Дюмулен, Генрих. История дзэн-буддизма. Индия и Китай. – СПб. : ОРИС, 1994. – 334 с.

  35. Искусство стран Востока. / Под ред. Р.С. Васильевского. – М. : Просвещение, 1986 – 303 с.

  36. История искусства зарубежных стран (первобытное общество, Древний Восток, античность). / Под ред. М.В. Доброклонского – М. : Изобразительное искусство, 1979. – 407 с.

  37. История китайской философии : Пер. с кит. / Под ред. М.Л. Титаренко. – М. : Прогресс, 1989. – 552 с.

  38. Капица Л.Л. Древний город Пекин (заметки архитектора). – М. : Знание, 1962 – 48 с.

  39. Китайская геомантия. / Сост. и пер. с англ. М.Е. Ермакова. – СПб. : Петербургское востоковедение, 1998. – 267 с., ил.

  40. Китайская философия : Энциклопедический словарь. / РАН, Институт Дальнего Востока, гл. ред. М.Л. Титаренко. – М. : Мысль, 1994. – 573 с.

  41. Конфуцианство в Китае. Проблемы теории и практики. / Институт востоковедения. – М. : Наука, 1982. – 264 с.

  42. Конфуций (551-479 гг. до н. э.). Афоризмы мудрости. / Подг. В.П. Бутромеев. – М. : Белый город, 2006. – 447 с., ил.

  43. Конфуций. Изречения. – М. : Изд-во МГУ, 1994. – 126 с.

  44. Конфуций. Луньюй : Изречения. – М. : ЭКСМО, 2005. – 462 с., ил.

  45. Лао-цзы. Книга пути и благодати : Пер. с кит. И.С. Лисевича. – М. : ООО «Аиф Принт», 2004. – 316 с., ил.

  46. Линч К. Совершенная форма в градостроительстве : Пер. с англ. – М. : Стройиздат, 1986. – 264 с.

  47. Лукьянов А.Е. Лаоцзы (Философия раннего даосизма). – М. : Изд. УДН, 1991 – 164 с.

  48. Лукьянов А.Е. Начало древнекитайской философии («И цзин», «Дао дэ цзин», «Лунь юй»). – М. : «Радикс», 1994 – 112 с.

  49. Лукьянов, Анатолий Евгеньевич. Становление философии на Востоке : (Древний Китай и Индия) – 2-е изд., перераб. И доп. – М. : НПО «Инсан», 1992. – 207 с.

  50. Малая история искусств. Искусство Древнего Востока. / Под ред. И.С. Кацнельсона – М. : Искусство, 1976. – 375 с.

  51. Мюллер М. Религии Китая. I. Конфуцианство. II. Даосизм. III. Буддизм и христианство : Пер. с англ. / Под ред. А.Е. Яновского. – СПб. : «ЧЧ век», 1901. – 88 с.

  52. Ожегов С.С. История ландшафтной архитектуры : Краткий очерк – М. : Стройиздат, 1993 – 240с.

  53. Основы буддийского мировоззрения : Индия, Китай : Учебное пособие для вузов. / В.И. Рудой, Е.П. Островская, А.Б. Островский и др. – М. : Наука, 1994. – 239 с.

  54. Петров А.А. Из истории материалистических идей в древнем Китае. // ВДИ, 1939, № 3 – С. 49-71.

  55. Поляков Е.Н. Архитектура Древней Индии. Архитектура Древнего Китая : Конспект лекций. – Томск : ТГАСА, 1994 – 31 с.

  56. Поляков Е.Н. Образ Вселенной в философии и архитектуре Древнего Китая // Известия вузов. Строительство, 1999, № 1 – С. 63-69 (ил. 2, библиогр. 10).

  57. Поляков Е.Н. Природная символика в архитектуре средневекового Китая и Японии. – Томск, 1990 — Деп. во ВНИИТАГ Госстроя СССР, № 807 – 11 с.

  58. Поляков Е.Н. Элементы китайской геомантии (фэн-шуй) в произведениях «органической» архитектуры // Известия вузов. Строительство, 1996, № 7 – С. 105-110

  59. Поляков Е.Н. Геотектонические аспекты в архитектуре средневекового Китая и Японии // Известия вузов. Строительство, 2000, № 11. – С. 94-100 (библиогр. 9).

  60. Поляков Е.Н. Единство города и природы в зодчестве древнего Рима и Китая. – Материалы НПК «История и современность: Архитектура и градостроительство – региональный аспект» (г. Новосибирск, 11 февраля 2004 г.) – Новосибирск : Сибпринт, 2004 – С. 50-60, библиогр. 9.

  61. Религии Древнего Востока. / РАН, Институт востоковедения ; отв. редакторы Г.М. Бонгардт-Левин, А.Н. Мещеряков. – М. : Изд. Фирма «Восточная литература» РАН, 1995. – 342 с., ил.

  62. Россбах С. Фэн-шуй. Китайское искусство композиции: Пер. с англ. – Львов : «Инициатива», 1995 – 187 с.

  63. Рубин В.А. Идеология и культура древнего Китая (Четыре силуэта ) – М. : Главная редакция восточной литературы, 1973 – 163с.

  64. Рудой В.И. и др. Основы буддийского мировоззрения. Индия, Китай : Уч. пособие для вузов. – М. : Наука, 1994 – 239 с.

  65. Саваренская Т.Ф. История градостроительного искусства. Рабовладельческий и феодальный периоды : Учебник для вузов – М. : Стройиздат, 1984 – 376 с.

  66. Сент-Илер Ж. Криптограммы Востока. – М. : Наука, 1992 – 78 с.

  67. Снегирев И.Л. Древний Восток. Атлас по древней истории Египта, Передней Азии, Индии и Китая. / Под ред. В.В. Струве. – Л. : 1937 – 260 с.

  68. Соколова З.П. Культ животных в религиях. – М. : Наука, 1972 – 212 с.

  69. Старцев П.А. Очерки истории астрономии в Китае. – М. : Физматиздат, 1961 – 156 с.

  70. Страбон. География в 17 книгах. / Пер. Г.А. Стратановского – М. : Наука, 1964. – 941 с.

  71. Струве В.В. История Древнего Востока. – Изд. 2-е – М. : Госполитиздат, 1941. – 484 с.

  72. Судзуки, Дайсэцу Тэйтаро (1870-1966). Дзэн и японская культура : Пер. с англ. С.В. Пахова. – СПб. : Наука, 2003. – 522 с.

  73. Судзуки, Дайсэцу Тэйтаро. Очерки о дзэн-буддизме : Пер. с англ. О.В. Стрельченко. – СПб. : Наука, 2004. – 395 с.

  74. Тангэ К. Архитектура Японии (традиция и современность). – М. : Прогресс, 1976 – 235 с.

  75. Тетерин Г.Н. История геодезии с древнейших времен. – Новосибирск: Агентство «Сибпринт», 2001 – 432 с.
  76. Титаренко И.Л. Древнекитайский философ Мо Ди, его школа и учение. – М. : Гл. редакция восточной литературы изд-ва «Наука», 1985. – 245 с.
  77. Тураев Б.А. Древний Восток: Сб. статей. – Т. 2 – М. : Наука, 1980. – 216 с.

  78. Фань Вэнь-лань. Древняя история Китая. От первобытнообщинного строя до образования централизованного феодального государства : Пер. с китайского. – М. : Изд. АН СССР, 1958 – 294 с.

  79. Фицджеральд С.П. Китай. Краткая история культуры: Пер. с англ. – СПб. : Изд. «Евразия», 1998 – 456 с.

  80. Хрестоматия по истории Древнего Востока : Учебное пособие в 2-х частях, Ч. 1. / Под ред. М.А. Коростовцева, И.С. Кацнельсона и др. – М. : Высшая школа, 1980 – 328 с.

  81. Шуази О. История архитектуры, в 2-х т., Т. 1 : Пер. с франц. – М. : Изд. Всесоюзной академии архитектуры, 1935. – 631 с.

  82. Шуази О. История архитектуры, в 2-х т., Т. 2 : Пер. с франц. – М. : Изд. Всес. академии архитектуры, 1937. – 694 с.

  83. Энциклопедия восточного символизма : Пер. с англ./ Сост. К.А. Вильямс – Кн. 6 – М. : Золотой Век, 1996 – 430 с.

  84. Юань Кэ. Мифы древнего Китая: Пер. с кит. – Изд. 2-е – М. : Наука, 1987 – 526 с.

  85. Ян Юн-го. История древнекитайской идеологии : Пер. с кит. Ф.С. Быкова и др. – М. : Издво иностранной литературы, 1957. – 421 с.

  86. Яншина Э.М. Формирование и развитие древнекитайской мифологии. – М. : Наука, 1984 – 248 с.

  87. Creel H.G. The birth of China. A study of formative period of Chinese civilization. – London : 1936 – 402 p.

  88. Forke A. The World Conception of the Chinese : Their Astronomical, Cosmological and Phisico-philosophical Speculations. – London : 1925.

  89. Werner E.T.S. A Dictionary of Chinese Mythology. – Shanghai : 1932

  90. https://works.doklad.ru/view/ryDD9oXmx4o/all.html

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.

Блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

Создайте свой веб-сайт на WordPress.com
Начало работы
%d такие блоггеры, как: